Брежневская эпоха застоя сегодня многими воспринимается как время спокойной и стабильной жизни: дешёвые продукты питания, уравнительная зарплата, отсутствие безработицы, выделение государственных квартир… Но это спокойствие зачастую оказывалось мнимым. В стране периодически отмечались народные волнения, когда люди выходили на улицы, пытаясь бороться с несправедливыми решениями государственных органов. Именно такого рода беспорядки произошли в октябре 1967 года в провинциальном белорусском городе Слуцке.

Слуцкий бунт - как возник мятеж 1967 года?

Массовые беспорядки в Слуцке 1967 года: Огненный самосуд

Расхождение в цифрах

В Слуцке проживали около 40 тысяч жителей. Здесь работали консервный и сахарный заводы, предприятие сельхозтехники, две автобазы. Также в городке дислоцировалась войсковая часть №28390 (подразделение танковых войск).
По показаниям свидетелей, 12 октября 1967 года на улицы Слуцка вышли около 1200 горожан, которые требовали жёсткого приговора для преступников-убийц. В результате народного бунта было сожжено здание суда, погибли два человека — судья Галина Алексеева и начальник местного КПЗ Станислав Татур. Семеро милиционеров и военнослужащих, пытавшихся усмирить толпу, получили увечья, ещё тридцать пять — травмы лёгкой и средней степени тяжести.
По данным МВД (в период с 7 мая 1960 года по 25 ноября 1968 года оно называлось Министерство охраны общественного порядка — МООП), число протестующих было значительно больше. В документе, отправленном в Москву и озаглавленном «Описание действий личного состава сводного отряда 22-го отдела ВКО МООП СССР по ликвидации массовых беспорядков в г. Слуцке Минской области в период с 12 по 16 октября 1967 г.», указано, что в беспорядках участвовали не менее пяти тысяч человек. Хотя не исключено, что правоохранители намеренно завысили цифру, чтобы придать своим действиям особую значимость.

Драка в подъезде

Беспорядкам предшествовало убийство на бытовой почве. 9 апреля 1967 года в фонтане городского парка Слуцка был обнаружен труп каменщика ремонтно-строительного управления №4 Александра Николаевского. Следствие установило, что рабочий недавно вышел из больницы, где лежал с язвой желудка. Врачи категорически не рекомендовали ему употреблять алкоголь, но Николаевский этот запрет игнорировал. В день своей смерти он купил бутылку водки и зашёл в подъезд жилого дома, чтобы её выпить.
В этом подъезде жил заведующий отделом культуры Слуцкого горисполкома 28-летний Геннадий Гапанович. Он и его родственник, 25-летний Леонид Сытько, коротали время за накрытым столом. Они вышли на лестницу покурить — и увидели Александра Николаевского. Гапанович и Сытько стали выгонять его на улицу, рабочий оказал сопротивление. В итоге его скинули с лестницы и жестоко избили. От сильного удара в живот снова открылась язва, что и послужило причиной смерти. Николаевскому удалось дойти до парка, где он потерял сознание, свалился в фонтан и там скончался.
По факту смерти прокуратура возбудила уголовное дело, подозреваемых вскоре задержали. Но история вызвала большой общественный резонанс.
Геннадий Гапанович был заметным в Слуцке человеком — чиновник городской администрации, он публиковал в местной прессе свои стихи, был автором нескольких песен, которые исполнялись на праздничных мероприятиях.
По городу пошли слухи, что отец Гапановича был полицаем, а отец Николаевского — партизаном, и убийство стало следствием давней вражды. Заговорили о том, что начальники-коммунисты могут запросто убивать рабочих, зная, что их не накажут.

Первое заседание

Осенью 1967 года дело было передано в Слуцкий народный суд, его рассматривал судья Александр Крискевич.
Первое заседание состоялось 10 октября. Зал суда вмещал не более 70 человек, ещё примерно 100 остались на улице. Люди потребовали, чтобы из зала велась радиотрансляция через громкоговорители, но им отказали.
Прокурор обвинил подсудимых в хулиганстве и потребовал для них по восемь лет лишения свободы. Это вызвало возмущение собравшихся перед зданием суда граждан. Жители города кричали, что коммунисты спасают своих от высшей меры наказания и что справедливого приговора не будет.
Судья Александр Крискевич попросил у руководства города перенести заседания в более просторное помещение, но партийные начальники не пожелали идти на поводу у населения, решив, что страсти улягутся сами собой. Позже, уже после ликвидации бунта, Крискевича обвинят в том, то он «не счёл необходимым наметить совместно с органами милиции мероприятия по обеспечению общественного порядка при проведении судебного процесса».
Отец убитого заявил отвод составу суда. Но протест был отклонён, после чего Николаевский-старший демонстративно покинул зал заседания.

Начало бунта

На следующий день, 11 октября, перед двухэтажным деревянным зданием суда собралось уже более тысячи жителей города. Толпа не пустила в судебный зал жену Гапановича, полагая, что она будет давать показания в пользу мужа. Женщину начали оскорблять, она набрала в руку земли и бросила её в глаза тем, кто стоял рядом.
Собравшиеся выкрикивали: «Коммунист — убийца!» и «Выдайте нам душегуба!».
На третий день протестов, 12 октября, казалось, что страсти несколько поутихли. К зданию суда пришло около 200 человек — в основном женщины и подростки.
Но протесты подогрело то обстоятельство, что обвиняемых привезли не в автозаке, а в машине скорой помощи (в этот день находившийся в Слуцком КПЗ заключённый вскрыл себе вены, его на единственной в районе машине данного вида спецтранспорта увезли в Минск). Кроме того, толпу возмутило, что Гапанович был в костюме и галстуке. Собравшиеся сделали вывод, что сегодня его отпустят.
Когда на городских предприятиях закончилась смена, к зданию суда подошли рабочие. Толпа выросла — по разным оценкам, до полутора, трёх или даже пяти тысяч человек. Многие были пьяны.
Люди требовали выдать им преступников. В окна здания полетели камни. Судьи Александр Крискевич и Галина Алексеева связались с райкомом. Было принято решение закончить заседание. Власти направили на охрану суда 17 милиционеров во главе с начальником уголовного розыска.
Но бунтующие объявили, что из здания никто не выйдет, пока убийцам не вынесут справедливый приговор.

Пожар в суде

Из Минска были срочно вызваны 350 бойцов внутренних войск. Также к зданию суда подтянулись солдаты и офицеры из войсковой части №28390. Оружия при них не было.
Против толпы применили слезоточивый газ «Черёмуха». Используя замешательство протестующих, военные и милиционеры смогли вывести подсудимых из здания суда . При этом Гапановича, против которого собравшиеся были настроены особенно агрессивно, переодели в милицейскую форму старшего лейтенанта Станислава Татура. Спасая от самосуда, преступников увезли в столицу республики.
Примерно в 21:00 толпа, считая, что Гапанович ещё в суде, начала поджигать деревянное здание, забрасывая его бутылками с бензином. Инициаторами стали двое рабочих — ранее судимый Николай Гринюки отец троих детей Иван Попов.
Ворвавшись в помещение, участники беспорядков выбросили из окна второго этажа Станислава Татура, которого из-за гражданской одежды приняли за Гапановича. Толпа забила мужчину до смерти — он скончался по дороге в больницу.
Бунтовщики не пропустили к горящему зданию пожарные машины, в пламени погибла не сумевшая выбраться судья Галина Алексеева.
Во время беспорядков был сильно избит начальник Слуцкого гарнизона полковник Стародумов — именно он настоял на том, чтобы его подчинённые при разгоне протестующих ни в коем случае не применяли оружие.
После того как здание суда сгорело, толпа разошлась. Партийные и советские руководители Слуцка на всякий случай ночевали в здании горсовета, где их охраняли солдаты.

Виноваты причёски и анекдоты

Чрезвычайное происшествие в Слуцке имело довольно суровые последствия. Первого секретаря райкома партии, председателя горисполкома и начальника милиции города сняли с работы и исключили из партии.
Судебный процесс по делу о поджоге суда начался 28 февраля 1968 года и продолжался 24 дня. На скамье подсудимых оказались 17 человек. Двоих, Николая Гринюка и Ивана Попова, приговорили к расстрелу. Одного оправдали, остальные получили от 5 до 15 лет лишения свободы. Трое осуждённых были несовершеннолетними.
Ещё около 50 человек были привлечены к ответственности в административном порядке.
Причиной бунта назвали пьянство и слабую воспитательную работу. В заключении партийной комиссии, проверявшей ситуацию в городе, говорилось: «В событиях 12 октября принимали участие более 50 несовершеннолетних (…) Со стороны учащихся нарушается режим дня. Очень много учеников ходят в кино на вечерние сеансы. Многие ходят в школу с недозволенными прическами, в зауженных брюках, с кольцами на пальцах».
А секретарь парторганизации одной из автобаз, работники которой проявили особую активность во время бунта, в докладной записке призывал «вести беспощадную борьбу со всевозможными анекдотами, слухами и теми, кто их распускает. Этому мы до 12 октября 1967 г. не придавали значения, не реагировали на них. И только это явилось первопричиной возникновения трагических событий».
Геннадия Гапановича и Леонида Сытько судили в другом городе. Как и ожидалось, они получили по восемь лет заключения.

Журнал: Тайны 20-го века №23, июль 2020 года
Рубрика: Трагедии
Автор: Элина Погонина

Метки: СССР, судья, Тайны 20 века, пожар, Белоруссия, бунт, суд, убийство, 1967, Брежнев, толпа, поджог, Слуцк




Telegram-канал Багира Гуру


Исторический сайт Багира Гуру; 2010-