30 октября 1961 года делегаты XXII съезда КПСС единогласно решили вынести тело Иосифа Сталина из Мавзолея. Захоронение «Вождя народов» должно было ознаменовать наступление новой исторической вехи для Страны Советов — эпохи победившего коммунизма, где на преданных земле ошибках прошлого колосятся всходы светлого будущего. Те самые всходы, что венчают планету Земля под сенью Красной Звезды на гербе СССР. Омрачало торжественность момента лишь то, что похороны Сталина превратились в настоящую тайную спецоперацию.

Зачем Сталина вынесли Мавзолея?

Почему Хрущёв вынес тело Сталина из Мавзолея Ленина?

Вода камень точит

Точка отсчёта эпохи оттепели в Советском Союзе ознаменовалась довольно жарким в плане общественного резонанса событием. 25 февраля 1956 года на закрытом заседании XX съезда КПСС прозвучал доклад, который некоторые источники называют ни много ни мало «наиболее влиятельным докладом XX столетия», — знаменитая речь Никиты Хрущёва о необходимости развенчания культа личности Иосифа Сталина. Многостраничный документ содержал ряд весьма нелестных тезисов в адрес покойного лидера, в частности суровую критику — цитата — достигшего чудовищных размеров культа личности, безудержной лести и обожествления непогрешимого и непревзойдённого полководца всех времён и народов, которые Сталин собственноручно поддерживал и всячески поощрял. Но, как ни парадоксально, чтобы низвергнуть чей бы то ни было культ, для начала надо придать равновесную значимость собственной персоне. Бескомпромиссная обличительная речь прозвучала слишком рано: авторитет Вождя всё ещё был силён. Попавшие в газеты выдержки из речи хоть и не произвели эффекта разорвавшейся бомбы, но стали причиной наметившегося раскола как среди европейских социалистов, так и в самой КПСС. Против «Сциллы» обличителей «ежовщины» выступила «Харибда» функционеров старой закалки, радевших за возвращение прежних порядков, между которыми первому секретарю приходилось лавировать с большой осторожностью. Считается, что повальное «выкорчёвывание» образа Иосифа Виссарионовича из истории и умов Советской страны началось с момента оглашения секретного доклада, однако это не совсем так. Да, развенчание предшественника стало основой политического курса Хрущёва, но на резкие перемены рассчитывать не стоило. Вместо этого началась планомерная «десталинизация». С 1956 года портреты Сталина начали покидать стены, повсеместно производился демонтаж памятников, киноленты подверглись цензуре на предмет навязчивой демонстрации образа генсека. Для СМИ и партработников были установлены рамки допустимой критики сталинизма. На партийном съезде 1959 года Хрущёв вновь выступил с речью, посвящённой Сталину, но на сей раз не ругал его, а, наоборот, хвалил, как выдающегося марксиста и стратега, внёсшего значительный вклад в Победу над фашизмом. Уже через несколько лет это принесло свои плоды. Положение Хрущёва заметно укрепилось. Его главные политические оппоненты — Каганович, Маленков и Молотов — были исключены из партии. Дружба народов, несмотря на разгар холодной войны, крепла. Голодные до западных диковинок советские граждане наконец смогли прикоснуться запретному плоду на международных выставках и фестивалях. А успехи в космической гонке и исторический полёт Юрия Гагарина окончательно заставили нашего человека увериться в том, что возможно даже невозможное. На XXII съезде «генсек из народа» огласил новую политику партии — построение коммунизма к 1980 году. За ширмой этой высшей цели несколько затерялся решающий шаг на пути окончательного свержения Вождя с пьедестала — вынесение Сталина из Мавзолея.

Просьба Ильича

9 марта 1953 года саркофаг с телом покойного Вождя народов был помещён подле Ленина в Мавзолей, который отныне назывался «Мавзолеем Ленина и Сталина». Той же весной ЦК КПСС и Совет Министров приняли постановление о строительстве Пантеона — монументальной усыпальницы великих людей СССР, куда планировали перенести тела Ленина, Сталина и всех тех, кто похоронен у Кремлёвской стены. Но в реалиях оттепели проект оказался неосуществим.
Партийное руководство действовало не без осторожности, но и отступать не собиралось. На XXII съезде вопрос о свержении культа личности был поднят вновь, хотя и издалека. Первым с критикой репрессивных мер сталинского аппарата в отношении «безвинных членов партии» выступил будущий зампредседателя Совета Министров Александр Шелепин. В подобном ключе выступали и все прочие делегаты, пока 30 октября, в последний день съезда, первый секретарь Ленинградского обкома Иван Спиридонов не решился озвучить витавшую в воздухе мысль: Сталину не место рядом с Вождём мирового пролетариата. Коллегу тут же поддержал первый секретарь Мосгоркома Пётр Демичев. По их словам, в комитеты неоднократно приходили письма от простых граждан и коллективные прошения работников предприятий с требованием вынести тело генсека из Мавзолея.
Так как Иосиф Виссарионович по-прежнему считался национальным героем Грузии, Центральному комитету было важно подчеркнуть, что грузинская компартия согласна с этим решением. Здесь-то и возникла накладка. Первый секретарь ЦК Грузинской ССР Василий Мжаванадзе наотрез отказался попирать имя Сталина и, сославшись на ангину и потерю голоса, делегировал выступить вместо себя председателя Совета Министров Гиви Джавахишвили, который сказал лишь пару общих фраз. Но самым запоминающимся оратором съезда стала Дора Лазуркина — старая революционерка, лично знакомая с Лениным и Крупской. В годы «большого террора» она провела в общей сложности 18 лет по тюрьмам и лагерям за контрреволюционную деятельность, лишилась мужа (был застрелен чекистом на допросе, после чего выброшен на улицу для инсценировки самоубийства) и заболела ментальным расстройством: ей до конца дней снились кошмары со сценами пыток и слежки. Её речь оказалась самой бескомпромиссной и эмоциональной. Впоследствии опальный Молотов даже окрестил её «ведьмой». И вот почему. Поднявшись на трибуну, Лазуркина заявила: «Я всегда ношу в сердце Ильича. Товарищи, в самые трудные минуты только потому и выжила, что у меня в сердце был Ильич, и я с ним советовалась: как быть? Вчера я тоже советовалась с Ильичом. Будто бы он передо мной как живой стоял и сказал: «Мне неприятно быть рядом со Сталиным, который столько бед принёс партии». После этих слов зал взорвался аплодисментами. Уважить волю отца Революции, пусть и высказанную таким своеобразным способом, священный долг каждого коммуниста. И хотя единогласное решение фактически было номинальным, потому как многие члены партии по-прежнему признавали авторитет Сталина и не соглашались с категоричной критикой его действий, вопрос был решён.
Чем быстрее, тем лучше
План решили претворить в жизнь незамедлительно. Сразу после проведённого голосования была утверждена комиссия из самых проверенных и надёжных людей Кремлёвской комендатуры, которые должны были взять на себя погребение Вождя. Все дальнейшие действия проходили в атмосфере строжайшей секретности.
Вечером следующего же дня, 31 октября, под предлогом репетиции парада в честь годовщины Октября Красная площадь была оцеплена. Изначально Сталина собирались похоронить на Новодевичьем кладбище, но в последний момент партийная верхушка дала слабину. Во-первых, советский народ мог воспринять подобное как ссылку неугодного лидера, что сулило немало проблем, во-вторых, оттуда тело попросту могли выкрасть, чего даже закоренелые антисталинисты хотели в последнюю очередь. Вождя решили похоронить у Кремлёвской стены.
Непосредственными руководителями операции назначили главу Комитета партийного контроля Николая Шверника и заместителя начальника охраны первых лиц полковника КГБ Владимира Чекалова. В 18:00 по приказу полковника бойцы Отдельного полка комендатуры начали копать могилу. Когда приготовления почти завершились, началась репетиция парада. Слаженный строевой шаг образцовых рот, шум военной техники и старательные, почти надсадные, звуки оркестровой меди создавали отличную маскировку, и всё же вход в Мавзолей для надёжности огородили фанерными щитами.
Примерно в 21:00 приступили к выносу тела. С саркофага подняли стеклянную крышку, после чего Шверник распорядился снять с груди Сталина золотую звезду Героя Социалистического Труда и спороть золотые пуговицы, которые затем были переданы на хранение к остальным наградам, принадлежавшим похороненным в кремлёвском некрополе. Взамен на мундир пришили простые латунные пуговицы, после чего восемь офицеров аккуратно переложили тело Вождя в обтянутый чёрным и красным крепом гроб. Возникла неловкая пауза. Собравшиеся, смущённые деловитой простотой похорон некогда важнейшего лица страны, не знали, что делать дальше. Молчание прервал комендант Кремля генерал Андрей Веденин, проронивший: «Пора закрывать крышку». В тот же момент Шверник, не выдержав напряжения, зарыдал. В 22:15 гроб доставили к месту погребения. К тому времени солдаты успели выложить дно и боковые стены могилы железобетонными плитами. Сверху плиту решили не класть — сама мысль о том, что плита сорвётся и раздавит Вождя, вселяла почти суеверный страх. Гроб с телом Сталина опустили в могилу, некоторые из присутствовавших бросили на крышку по горсти земли — и солдаты принялись закапывать могилу. Затем сверху на свежую землю положили по-военному сдержанную гранитную плиту с надписью «Сталин Иосиф Виссарионович 1879-1953», члены комиссии поставили подписи в акте перезахоронения и разошлись. Всё было кончено.

Закопать и не вспоминать Сталина

Никто из родственников и близких Сталина на похоронах не присутствовал. Их попросту не известили. Иосиф Виссарионович стал единственным из великих личностей Страны Советов, погребённых на Красной площади, чьи похороны проходили втайне, без церемонии прощания и салюта. Единственное, что провожало Вождя в последний путь, — грохот военной техники и мажорные марши оркестра.
Буквы «Ленин-Сталин» на фасаде Мавзолея временно закрыли специально изготовленной широкой белой лентой с надписью «Ленин», пока из Долгопрудного не были привезены сбережённые канонические гранитные буквы. Саркофаг Ильича переставили на прежнее место, и уже на следующий день, 1 ноября, Мавзолей был открыт для посетителей. Массовых волнений низведение Вождя не вызвало, всё ограничилось традиционными для нашей страны пересудами на, кухнях.
«Запятнавший себя жестокостью» лидер официально был развенчан. Впрочем, и сам Хрущёв в 1964 году указом Президиума Верховного Совета СССР был отстранён от должности главы государства. Да и с построением «счастья для всех, даром, и пусть никто не уйдёт обиженным» не задалось. В 1985 году в грянула перестройка, и волна нещадной критики захлестнула не только Сталина, но и всех лидеров прошлых лет.

Журнал: Неизвестный СССР №5(17), май 2021 года
Рубрика: Кремлёвские тайны
Автор: Аглая Собакина

Метки: СССР, Москва, 1961, похороны, Война и Отечество, Сталин, тело, Мавзолей Ленина, Неизвестный СССР




Telegram-канал Багира Гуру


Исторический сайт Багира Гуру; 2010-