Уралмаш — история завода

Рейтинг: 5 / 5

Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активна
 

Наверно, нет в России человека, который бы не слышал об Уралмаше — заводе в уральском городе Екатеринбурге. В советские годы там выпускали оборудование для доменных печей, шахт, блюминги, шагающие экскаваторы и многое другое. Работало здесь около 40 тысяч человек, проживающих в двух шагах от завода.

Фото: история завода Уралмаш, интересные факты

Невероятный проект эпохи индустриализации

Уралмаш называли когда-то «отцом заводов», он был флагманом советской промышленности, его слава гремела на весь Советский Союз. А в 1990-е годы слово «Уралмаш» стало синонимом бандитизма. В городе с горечью шутили: «Только у нас самый большой завод рекламируют бандиты…».

Где будет «город-сад»?

О строительстве крупного завода тяжёлого машиностроения на Урале задумались ещё в конце 1925 года. Вообще-то сначала планировали использовать как место его расположения Верх-Исетский металлургический завод, Нижний Тагил и даже Челябинск. Однако, произведя тщательные экономические расчёты, строительную площадку определили за северной окраиной Свердловска. Основным аргументом в пользу такого решения стали залежи торфа, который предполагалось пустить на топливо. Для возведения завода тяжёлого машиностроения и рабочего городка был выделен участок земли неподалёку от важного железнодорожного узла, станции Свердловск-1, и вблизи источников водоснабжения — озера Шувакиш и Верх-Исетского пруда.
Первый камень в строительство нового завода заложили 15 июля 1928 года назначенный начальником стройки большевик Александр Петрович Банников и главный инженер Владимир Фёдорович Фидлер.
В дремучий лес пришли строители, нарушив вековую тишину уральской тайги. Нередко на стройку забредали зайцы, лисицы, дикие кабаны, а по ночам выли волки. Как-то на стройку зашёл лось и, напуганный людьми, сумел перемахнуть глубокий котлован и скрыться в лесу.
Завод строили в основном крестьяне, пришедшие на заработки. Часть из них бежала от насильственной коллективизации. Конечно, случалось здесь всякое, как всегда при большом стечении разного люда: и конфликты, и воровство, и уголовные преступления. Но всё-таки основная часть работников — крестьяне из Центральной России и с Урала — была трудолюбива, вынослива и одержима высокой целью — поскорее построить завод.
Первое время на стройке не было ни одной машины, ни одного крана, и для подъёма металлоконструкций использовались тросовые тали — рабочие называли их почему-то «катеринками». Работали нехитрым инструментом: топор да пила-«двуручка». С их помощью и выкорчевывали пни, жгли сучья, очищали площадку под строительство завода. Почти все были одеты в рваные зипуны и лапти, сильно мёрзли, поэтому нужно было все время жечь костры, чтобы согреться. Благо лес был рядом. Весной и осенью в непролазной грязи лошади увязали, приходилось впрягаться самим рабочим. Летом донимали комары и жара, однако жизнь на стройке не замирала ни на один час.
По сути, так, с вырубки леса в тайге, начинались многие заводы на Урале, в Сибири. Везде было трудно, но здесь особенно. Вот как эту ситуацию описывали в своей книге «Неизвестный Уралмаш» Сергей Агеев и Юрий Бриль: «Уралмаш жил, как жила страна, но в силу его масштабности все, что происходило в стране, здесь обретало крайнюю степень. Если ударный труд, то до грани безумия. Если репрессии — то до поголовного истребления руководящего состава». «Отец заводов и фабрик» Уралмаш представлялся кремлёвским лидерам просторным полигоном для испытания политических технологий. Здесь накапливался опыт борьбы с иностранными специалистами, выявления чуждых элементов, внедрения в умы социалистического сознания. И здесь же, на Уралмаше, рождались смелая техническая мысль, новые технологии. Здесь зародились многие инициативы, отрабатывались новые формы организации труда и затем тиражировались по стране, экспортировались в братские страны. Про Уралмаш часто говорили «впервые в стране», «впервые в мире». В сущности, история Уралмаша — это история страны…

«Формула Фидлера»

На строительстве Уралмаша приходилось решать множество сложных задач. К примеру, долго не могли понять, какие оконные переплёты делать в цехах. Если одинарные — холодно будет, двойные — дорого. Наконец догадались — запроектировали для цехов одинарные оконные переплёты, но с двойными стёклами. Потом выяснилось, что это и есть самый экономичный и эффективный способ.
Проект завода развивался вместе со стройкой, которая с каждым днём набирала темпы. Главный инженер Фидлер часто слышал упрёки в расточительности, в нерациональном подходе к делу: дескать, завод можно было расположить на площади в два раза меньшей, нет смысла в таких длинных коммуникациях, растут транспортные расходы.
Фидлер на это отвечал, что «завод — живой организм, который рождается, развивается, мужает… При определении производственной мощности завода я считаю правильным исходить из того, чтобы завод мог изготовить самые крупные и самые тяжёлые детали тех установок, которые имеются на нём самом».
Эта «формула Фидлера», как её называли на Уралмаше, успешно претворялась в жизнь и обеспечила заводу выход на передовые рубежи производства не только в стране, но и в мире. Более того, прозорливость и принципиальность его первых руководителей позволили в военные годы развить на Уралмаше необыкновенно эффективное производство вооружений.
Как говорили ветераны завода, фраза «Если завтра война» не раз повторялась руководителями Уралмаша. И они сделали все возможное для того, чтобы в будущей войне советская промышленность могла быстро перейти на военные рельсы и уверенно двигаться по ним к победе.
Спустя пять лет, 15 июля 1933 года, в 14-ю годовщину освобождения Урала от Колчака, состоялось открытие завода. По словам научного сотрудника музея Уралмаш-завода Сергея Агеева, «строительство Уралмаша было большим нахальством: в городе не было развитых кирпичных или железобетонных производств. Потребности большой стройки не могли быть удовлетворены. А Уралмаш хотел иметь все — водопровод, электростанцию, а также театр, цирк, кино, стадионы, больницы, учебные заведения. Словом, всю социальную сферу. И они смогли этого добиться, наладить не только основное, но и сопутствующие производства».
Увы, и здесь не обошлось без репрессий: им подверглось более 300 человек. Директор Банников умер при невыясненных обстоятельствах, главного инженера обвинили тоже, но уже после его смерти…

Всё для фронта

Когда началась война, Уралмаш стал производить танки, причём многие стали именными. К примеру, один из танков купила семья Черемискиных из Сысертского района Свердловской области для своего сына, сражающегося на фронте. 32 машины купила артель золотоискателей-старообрядцев из Березовского. На башнях танков были начертаны кресты и написано: «С нами Бог!». Были и другие названия: «Боевая подруга», «Иван Сусанин», «Комсомолец Уралмаша».
Рабочие Уралмаша почти не выходили с завода и спали здесь же, чтобы не терять времени на поездки домой. А время корректировалось телеграммами свыше, лично от Сталина. В одной из них он писал: «Нельзя терпеть, чтобы наши войска страдали на фронте от недостатка танков, а вы в далёком тылу прохлаждались и бездельничали».
Такие телеграммы приводили к постоянному увеличению продолжительности рабочего дня — сначала до 16 официальных часов, а затем и до 18.
Между тем работники Уралмаша, выполняя эти указания и находясь у станков столько часов, буквально умирали от голода. А попытки что-то съесть на работе тоже нередко приводили их к смерти. Так, для скрепления формовочных песков, применявшихся для изготовления военного оборудования, использовались пищевые продукты: картофельный крахмал, патока из свёклы, ржаная мука. Для смазывания алюминиевых лопастей самолётов использовались растительное конопляное и хлопковое масла. Голодающие люди пытались добыть как-то эти продукты, и однажды в один из котлов со сладкой патокой упал человек. В масло постоянно подкидывали дохлых крыс, чтобы люди его не воровали, но и это не было препятствием для голодных людей.
Когда закончилась война, когда все кричали «Ура!», на запечатлённых на снимках лицах уралмашевцев, только что узнавших о победе, была не радость, а невероятная, страшная усталость.
А спустя много лет уралмашевцам, честно работавшим у своих станков, пришлось столкнуться с другой реальностью — их имя бесчестно присвоили себе бандиты 1990-х годов. Впрочем, это уже совсем другая и, будем надеяться, забытая история…

Журнал: Загадки истории №21, май 2019 года
Рубрика: Назад в СССР
Автор: Алина Данилова

Метки: Загадки истории, СССР, война, Урал, стройка, Уралмаш, завод, машиностроение, индустриализация, танк




Исторический сайт Багира Гуру, история, официальный архив; 2010 — . Все фото из открытых источников. Авторские права принадлежат их владельцам.