«Она… была прекрасна!… Один из тех редчайших цветков, что расцветают лишь раз в поколение. Подумать только, что такая женщина обречена прозябать в колонии для прокажённых!» — так написал Джек Лондон в рассказе «Прощай, Джек!» о красавице певице с Гавайских островов, которая заразилась неизлечимой в ту эпоху страшной болезнью. Теперь её высылали на отдельный остров, отведённый для изоляции таких же бедолаг, как она. Там же ей и суждено было умереть…

Эпидемия проказы в средневековье

Проказа - что это за болезнь лепра?

Тихий убийца

Проказа, или лепра — болезнь, известная с допотопных времён. Сейчас, когда все мы столкнулись с пандемией коронавируса, в первую очередь вспомнились самые «шумные» глобальные эпидемии — чумы, оспы, испанки. Они налетали на человечество, как стаи саранчи на посевы, всех пожирали и исчезали. А вот «тихий» убийца, лепра, вроде бы не была замечена в таких внезапных нападениях. И тем не менее, действуя медленно, но упорно, она внесла не менее серьёзную лепту в уничтожение людей. На «совести» лепры — тоже миллионы жизней. И отличает её особая жестокость. Она убивает медленно, пожирая тело человека по кусочкам — пальцы, уши, нос, глаза и так далее. Больной фактически разлагается заживо, теряя руки, ноги, лицо. И красавица, описанная Джеком Лондоном, неминуемо превратится в безобразного живого мертвеца… Заразиться может каждый. И даже не догадаться об этом — ведь инкубационный период болезни растягивается порой на много лет! Природа этого заболевания до сих пор до конца не изучена.
Возбудитель проказы был обнаружен норвежским врачом Герхардом Хансеном в 1873 году. По этой причине лепра получила ещё одно название — болезнь Хансена. Выяснилось, что её вызывает особая микобактерия Mycobacterium leprae. Однако до изобретения антибиотиков бороться с ней было практически невозможно. Да и сейчас лечение сложное и долгое. Но всё же у больных есть шанс достаточно сносно прожить свою жизнь и никого не заразить. А представьте, каково им было в прежние времена!

С колокольчиком на шее

Откуда взялась проказа, никто не знает. Считается, что она пришла в Европу из азиатских стран, в том числе опять-таки из Китая. Сначала болезнь появилась в Египте, куда её принесли с собой вавилонские пленники. А финикийские моряки, торговавшие с Египтом, разнесли инфекцию по всей Европе. В Греции проказу так и назвали — финикийская болезнь.
И вот сейчас мы добрались до главного. Как боролись с проказой в те эпохи, когда не было лекарств? Да так же, как мы сегодня продолжаем бороться с ко-ронавирусом, — путём изоляции больных! И никаких других способов, кроме отделения заражённых от здоровых, в ситуации, когда нечем лечить, до сих пор никто не изобрёл. Но у нас есть преимущество — от COVIDa, как и от оспы, испанки и чумы, можно излечиться и без лекарств. А вот от лепры — нет! И если эта болезнь поразит все человечество — оно попросту вымрет…
Ещё в библейские времена заболевший сразу объявлялся нечистым. И он сам должен был на каждом углу кричать о том, что опасен для окружающих, и рвать на себе одежду. Все, к чему прикасались прокажённые, уничтожалось огнём — в том числе их жилища, а порой и сами больные. В Средние века в Европе таких людей нещадно сжигали, топили, закапывали, сбрасывали в ущелья — живыми! А вот первой европейской страной, которая озаботилась изоляцией больных на государственном уровне, стала Франция. В VI веке в стране были разработаны правила поведения больного и его родственников. Отныне прокажённый насильно отправлялся в лепрозорий. А в случае «выхода в свет» ему предписывалось надевать на себя серый балахон с капюшоном и вешать на шею колокольчик, чтобы тот своим зловещим звоном отпугивал прохожих.
Представьте себе страдания такого больного. Он знает, что обречён, но умрёт не сразу, а будет ещё долго мучиться. Мало того, он изгой, и в общество ему возврата нет. Но и это не всё: ещё живого его объявляют покойником. И не просто кричат ему это в лицо на улицах, а совершают полноценный обряд… похорон. Члены религиозного трибунала отводили больного в церковь, укладывали в гроб и проводили заупокойную службу. Потом гроб несли на кладбище, опускали в вырытую могилу и сбрасывали несколько лопат с землёй, приговаривая: «Ты не живой, ты мёртвый для всех нас». А уже после этого беднягу отвозили в лепрозорий, где он должен был фактически умереть для всего мира — забыть о семье, о прошлой жизни и ждать финала.

Нам туда не надо!

Как жилось людям в лепрозориях? Невесело. Грязь, вонь от гниющих тел, лохмотья вместо одежды, скудная еда… Именно это нам показывает историческое кино. Между тем некоторые исследователи склоняются к тому, что дело обстояло не совсем так. Порой людям удавалось худо-бедно обустроить свой быт. К тому же среди изгоев наверняка оказывались и здоровые люди. Ведь в те времена проказу могли спутать с каким-нибудь кожным заболеванием и отправить в изоляцию «не того». Колонисты строили себе домишки, разводили огороды, выращивали домашнюю птицу и скотинку. Даже детей рожали! Верите? Как знаете… Во всяком случае известно, что если не в Средневековье, то в XIX веке такого рода лепрозории и вправду существовали. И одним из наиболее продвинутых считалась колония на гавайском острове Молокаи.
Она не раз упоминается в гавайском цикле Джека Лондона. Вот только прокажённые из его рассказов всеми силами сопротивляются тому, чтобы их туда сослали. Почему? Потому что не понимают своего счастья, утверждает герой рассказа «Прощай, Джек!», упомянутого в самом начале: «Посмотрели бы вы, какие конные состязания устраивают эти живые мертвецы четвёртого июля! У некоторых из них есть собственные лодки. Один имеет даже катерок. Им совсем нечего делать, кроме как весело проводить время. Еда, кров, одежда, медицинское обслуживание — все к их услугам. Они сами себе хозяева… И местность восхитительная. Я и сам не возражал бы насовсем поселиться там». Но… вот он видит среди отъезжающих на санитарном пароходе ту самую красавицу певицу, которая кричит ему: «Прощай, Джек!» И все восторги по поводу острова застревают у него в горле. Наш герой в панике мчится к врачу: «Как же я не знал!…».
А всё потому что… на Молокаи хорошо, но нам туда не надо.

Живи и радуйся?

И всё же герой Джека Лондона не преувеличивал: жизнь на Молокаи действительно была наиболее комфортной по сравнению со всеми известными в мире лепрозориями. Но стала она такой не сразу, а после значительных преобразований. Впрочем, и в самом начале это был отнюдь не грязный изолятор, где оставалось только лечь на землю и умереть. Эпидемия лепры началась в Королевстве Гавайи во второй половине XIX века. Как твердили жители островов, её привезли сюда Китайские кули, которых притащили с собой белые завоеватели. Страшная хворь начала распространяться среди туземцев с невиданной скоростью. И в 1865 году вышел королевский указ, согласно которому всех заболевших отныне переправляли на специально выделенный остров. Им и оказался Молокаи. Точнее, не весь остров, а только его часть — труднодоступный полуостров Калауапа.
Местом изоляции стала деревня Калавао. Из неё выселили всех прежних жителей, а их брошенные дома были переданы прокажённым. Первая партия вынужденных переселенцев была высажена на берег полуострова 6 января 1866 года. Это была группа из девяти мужчин и трёх женщин. А в октябре того же года колония насчитывала уже больше сотни человек. К 1902 году она разрослась до тысячи с лишним человек, и территория поселения вышла далеко за рамки деревни.
Выбирая место для поселения, власти надеялись, что ссыльным будет несложно наладить свой быт. Ведь условия для жизни на полуострове были вполне подходящими. Две местные долины славились плодородием, что позволяло прежним обитателям деревни выращивать здесь овощи и фрукты. А океанские течения приносили сюда целые косяки рыбы. Кроме того, в обеих долинах были источники пресной воды. Живи и радуйся! Ан нет.

От реновации к закрытию

Большинство колонистов были настолько ослаблены болезнью, что не могли ничего делать. А те, кто мог, пали духом до такой степени, что не видели смысла в дальнейшей борьбе за жизнь. И всю физическую работу выполняли добровольцы — монахи и санитары, приехавшие сюда помогать страдальцам. Как только слухи о горемычной жизни на Молокаи достигли других островов, люди стали прятать своих больных родственников от властей. Когда же их всё-таки находили, с «осуждёнными» в ссылку отправлялись и любящие члены семьи. Многие из тех, кто ухаживал за прокажёнными, тоже заболевали. Но не все. К примеру, Джозеф Даттон, ветеран Гражданской войны между Севером и Югом, провёл на острове 44 года, не гнушаясь самой грязной работой. Он дожил до почтенных 88 лет и умер, не заразившись.
Спору нет, участь ссыльных на Молокаи была печальна. И в 1900 году, до того как был написан рассказ «Прощай, Джек!», власти Гавайев решили кардинально изменить ситуацию. Да, больные неизлечимы, но все же попытаемся им помочь. Каким образом? Возьмём их быт в свои государственные руки. И на Молокаи началась реновация. Для больных были построены общежития со всеми современными удобствами, семейные коттеджи, целый госпитальный комплекс, даже собственный маяк. В колонии появились главврач и суперинтендант, которые приложили все усилия, чтобы наладить общественную жизнь. В частности, они даже устраивали спортивные соревнования.
С тех пор реновации в посёлке проходили с завидной регулярностью. И всё же самым большим счастьем для обитателей колонии стало её… закрытие. Это случилось после того, как прокажённых научились лечить. Отныне надобность в их изоляции отпала. Лепрозорий закрыли в 1969 году. Ну а те люди, которые добровольно остались жить на старом месте, уже не чувствуют себя изгоями. Они здесь, потому что им это нравится!

Журнал: Тайны 20-го века №33, август 2020 года
Рубрика: Опасные болезни
Автор: Елена Галанова

Метки: Тайны 20 века, остров, болезнь, проказа, изоляция, карантин



Telegram-канал Багира Гуру


Исторический сайт Багира Гуру; 2010 —