Бои под Ленинградом в 1941 году

Начало Великой Отечественной войны было для Красной армии катастрофическим. На всем протяжении фронта советские войска стремительно откатывались назад, неся огромные потери. Попытки контратаковать поначалу успеха не имели, а то и приводили к обратным результатам. Спустя три недели после начала войны фашисты уже видели себя в Москве, Ленинграде и Киеве — в полном соответствии с планом «Барбаросса».

Бои под Ленинградом в 1941 году

Гений оперативной мысли

Особенно тяжёлая обстановка сложилась на Северо-Западе. Войска Прибалтийского военного округа были разгромлены в приграничном сражении. Разрозненные части стремительно откатывались к Новгороду и Ленинграду.
9 июля немцы заняли Псков и повернули к станции Дно — важному железнодорожному узлу. Здесь командующий 4-й танковой группой Эрих Гёпнер допустил просчёт. Вместо того чтобы сосредоточить все силы на одном пункте, он решил наступать двумя моторизованными корпусами на разных направлениях. 41-й корпус Рейнхардта должен был прорваться к Ленинграду через Лугу, а 56-й Манштейна — через Чудово.
41-й корпус сразу натолкнулся на ожесточённое сопротивление и, понеся большие потери, остановился. Пока он топтался на месте, командование Северо-Западного фронта наращивало мощь группировки, оборонявшей Лужский рубеж.
Манштейн поначалу пытался чётко выполнить приказ Гепнера, но прорваться не смог — насмерть встала 182-я стрелковая дивизия, состоявшая из территориальных эстонских формирований. 12 июля 56-й корпус вермахта остановился.
Манштейн уже тогда считал себя гением оперативной мысли. Оставив прикрывать свой фланг только дивизию СС «Мёртвая голова», он повернул на Сольцы и Новгород. Однако переправиться через Шелонь не удалось — помешали бойцы 40-го сапёрного батальона
Об этом стоит рассказать отдельно. Мост был заминирован, но охранялся только сапёрами под командованием капитана Савинова. Немцы попытались смести заслон, и в перестрелке были перебиты запальные шнуры. Как только передовые фашистские танки въехали на мост, Савинов приказал произвести подрыв с укороченными до предела запалами. Все бойцы погибли вместе со своим командиром, но Манштейн не прошёл.
Ему всё же удалось захватить Сольцы и выйти к реке Мшаге в районе Шимска. В результате два немецких корпуса стали действовать в отрыве друг от друга по расходящимся направлениям. Таким образом, Манштейн превратил просчёт Гепнера в грубую ошибку.

Приступить к ликвидации

Командующий 11-й армией генерал-лейтенант Морозов был опытным военачальником. Ему было достаточно бросить один взгляд на данные разведки, чтобы понять: 56-й корпус вермахта загнал себя в ловушку.
В считанные дни Морозов сформировал две оперативные группы. Удалось создать численный перевес в технике: 160 танков против примерно 150 у Манштейна. Смог Морозов скрытно обеспечить и превосходство в артиллерии, правда, тоже незначительное. Наступление поддерживали 235 самолётов, в то время как вся группа армий «Север» располагала тремя сотнями исправных машин, рассредоточенных по всему фронту. В живой силе превосходства у частей Красной армии не было. Зато Манштейн оголил фланги.
14 июля после согласованного налёта советских штурмовиков и артподготовки 11-я армия перешла в наступление. Задача ставилась более чем масштабная: взять в клещи 56-й корпус немцев, замкнуть кольцо окружения и уничтожить его.
Наступление было прекрасно организовано и явилось полной неожиданностью для Манштейна. Советская авиация отбомбилась удачно, выведя из строя более 30 танков противника, множество автомашин, разрушив склады горючего и боеприпасов. Господство русских в воздухе, пусть и на ограниченном участке фронта, вообще повергло немцев в шок.
Первой побежала 3-я моторизованная дивизия. Впоследствии Манштейн называл это манёвром и всячески превозносил героизм солдат и офицеров, которые отбили 17 атак, прежде чем смогли оторваться от советских войск. Но этот «отрыв» закончился для немцев окружением. Впервые во Второй мировой войне целый немецкий корпус оказался окружённым.

Огненный коридор

Манштейн был лгуном, но не трусом. Несмотря на то, что уже 15 июля снабжение его корпуса пришлось начать по воздуху, он решил двигаться вперёд. Переправу через Мшагу прикрывала лишь 202-я стрелковая дивизия, в составе которой оставались всего 600 бойцов. Как им удалось сдержать атаки фашистов, наверное, не знали даже они сами. Но будущий фельдмаршал испугался всерьёз. «Нельзя сказать, чтобы положение корпуса в этот момент было завидным… Последующие несколько дней были критическими, и противник всеми силами старался сохранить кольцо окружения», — вспоминал Манштейн.
Впрочем, гордость мешала ему немедленно просить о помощи. Но и удержать позиции танкисты 8-й дивизии вермахта не могли — их атаковали с трёх сторон. В панике Ман-штейн приказал пробиваться к главным силам, обратно, через Сольцы. Путь немцам преградил всего один стрелковый полк под командой капитана Краснова.
Умело маневрируя, советские солдаты заманили немцев в артиллерийскую засаду. Полковые 45-миллиметровые орудия расстреливали врага в упор перекрестным огнём. В огненном коридоре танкисты Манштейна оставили три десятка танков, множество автомашин и несколько сот солдат.
Тут Манштейн вспомнил о дивизии СС «Мёртвая голова», оставленной для обеспечения флангов. Он убедил Гепнера переподчинить эту дивизию ему и приказал ей немедленно двигаться на соединение с остатками 56-го корпуса.

Мертвее не бывает

Тут «гений оперативной мысли» снова допустил непростительный ляп. Он приказал целой дивизии двигаться походным маршем (читай: автоколоннами) по территории, возможно, занятой противником, не имея никаких разведданных. В боевой порядок «Мёртвая голова» должна была развернуться у деревни Ванец.
А вот советская полевая разведка работала отлично. Бойцы 237-й стрелковой дивизии взяли важного языка и были в курсе всех распоряжений Манштейна. Таким образом, эсэсовцы оказались на виду у противника в крайне невыгодном положении.
Снова была выбрана тактика огневой засады. Кроме того, была перекрыта дорога, что исключало возможность не только отступления, но и бегства фашистов. В полдень 17 июля несколько батальонов СС вместе с частями артподдержки угодили в ловушку. Советские артиллеристы сначала выбили танки, потом бронемашины, а потом стали добивать пехоту. Один из немногих выживших офицеров сравнивал этот бой с ощущениями человека, которого голым вытолкнули на площадь во время военного парада.
Через час все было кончено. В придорожной пыли остались трупы примерно тысячи фашистов. Среди них — два командира полков и начальник штаба дивизии.
Эсэсовцы в беспорядке бежали к станции Дно. Вслед за ними устремились остатки корпуса Манштейна, который ценой больших потерь всё же вырвался из кольца. Да и это, в общем-то, не его заслуга. 18 июля Красная армия оставила Дно, на следующий день командование было вынуждено отвести ударную группу на оборонительные рубежи по реке Шелонь, так как с запада подошли три свежие дивизии 18-й армии немцев. Тем не менее в ходе контрудара фашисты были отброшены на 60 километров. 8-я танковая дивизия перестала существовать и была отведена в тыл на переформирование. 22 июля была практически добита «Мёртвая голова»: эсэсовцев подловили при попытке переправы в районе Шимска.

Пойман за руку

Относительно потерь и окружения Манштейну пришлось долго врать. Сначала командованию, а потом в мемуарах. А вот начальник штаба Верховного командования сухопутных войск вермахта Гальдер прямо указывает, что контрудар советских войск под Сольцами и атака 12-20 августа под Старой Руссой не только сорвали захват Ленинграда, но и помешали наступлению на Москву.
После поражения 56-го корпуса группа армий «Север» не предпринимала активных действий месяц. За это время части, оборонявшие Ленинград, смогли перегруппироваться, получить пополнение и приготовиться к отражению удара. Более того, с Московского направления был снят немецкий танковый корпус. А это составляло половину танковых мощностей группы армий «Центр». Соответственно, Гитлер отменил наступление на Москву, желая сначала захватить ленинградский промышленный район.
Фактически события июля-августа 1941 года поставили крест на плане «Барбаросса».
Но Манштейну досталось на орехи не за это. 56-й корпус так быстро бежал от советских частей, что немцы побросали не только матчасть и раненых, но и множество документов. В том числе ими был оставлен и обоз 52-го миномётного химического полка. Помимо реактивных миномётов «Небельверфер» в руки Красной армии попали секретная документация по боеприпасам к ним и инструкция по хранению и эксплуатации. Стало ясно, что фашисты готовились развязать химическую войну. Применение таких боеприпасов, между тем, было запрещено конвенцией 1925 года.
Об этом тут же сообщило московское и лондонское радио. Гитлер, поняв, что его поймали за руку, не рискнул отдать приказ на применение снарядов с отравляющими газами. Он не слишком хотел проверять, есть ли у русских и англичан адекватный ответ. А техническая документация пригодилась Красной армии — в осаждённом Ленинграде было налажено производство аналогов немецкого реактивного миномёта.

Журнал: Тайны 20-го века №19, май 2013 года
Рубрика: Эхо войны
Автор: Борис Шаров

Метки: СССР, Германия, война, Великая отечественная война, Тайны 20 века, армия, РККА, Ленинград, план, наступление, вермахт, Манштейн



Telegram-канал Багира Гуру


Исторический сайт Багира Гуру, история, официальный архив (многое можно смотреть онлайн, не Википелия); 2010 — . Все фото из открытых источников. Авторские права принадлежат их владельцам.