Бой у кишлака Коньяк 4-й мотострелковой роты

«Дельта меконга» Афганской войны — так порой называют провинцию Кунар, где вооружённое сопротивление душманов лавинообразно нарастало в течение всей войны, постоянно требуя вливания новых сил и средств. Как известно, во время войны во Вьетнаме именно в дельте Меконга проходили наиболее ожесточённые сражения вьетнамских и американских войск. Операции в провинции Кунар, которые произошли в 1980, 1981, 1983 и 1985 годах, вошли в историю афганской войны как самые кровопролитные, с тяжёлыми потерями.

Бой у кишлака Коньяк 4-й мотострелковой роты

«Завеса» для врага

Граничащая с Пакистаном провинция Кунар расположена в сложной горной пересечённой местности. Основную её часть составляет долина реки Кунар, которая вытянута параллельно границе с Пакистаном, проходящей по хребту Хиндурадж. Административный центр провинции город Асадабад находится в 15 км от границы с Пакистаном. Этот район считался перевалочной базой и местом подготовки моджахедов, которые, мягко говоря, игнорировали правительственную власть. Здесь же, по данным разведки, было сосредоточено большое количество «духовских» складов с боеприпасами и вооружением.
В Асадабаде с 1980 года размещалась 6б-я отдельная мотострелковая бригада численностью около 600 человек. В состав бригады входили два мотострелковых батальона, две танковые роты, артиллерийская батарея 122-мм гаубиц Д-30 и огневой взвод реактивных систем залпового огня БМ-21.
В начале 1985 года военное руководство Советского Союза принимает решение о ликвидации каналов поставки вооружений и боеприпасов группировкам моджахедов из соседней страны, для чего необходимо было взять под контроль караванные дороги и тропы, соединяющие Афганистан и Пакистан. Подразделения 40-й армии не справлялись с функциями по уничтожению караванов из-за своей малой численности и удалённости многих караванных троп от гарнизонов, в которых они располагались. В своей книге «Неповторимое» начальник Группы управления Министерства обороны СССР в Афганистане в 1984-1989 годах генерал армии Валентин Варенников писал: «Вопрос о подготовке и проведении крупной операции в провинции Кунар был поднят в начале 1985 года. Это было весьма ответственное направление — за грядой гор находился Пакистан, откуда постоянно шли караваны с оружием, боеприпасами и бандформирования. Мятежники чувствовали себя вольготно, и государственная граница с Пакистаном существовала лишь символически».
С этой целью был разработан план создания так называемой приграничной зоны «Завеса» по линии Джелалабад-Газни-Кандагар. В приграничные с Пакистаном провинции вошли подразделения спецназа ГРУ. В Асадабад в марте 1985 года был передислоцирован 334-й Отдельный отряд специального назначения, и с его приходом гарнизон советских войск в Асадабаде вырос до 1100 человек. Этого всё равно было явно недостаточно, ведь советскому гарнизону противостояла группировка афганских моджахедов, оцениваемая в 6-7 тысяч человек. Рядом, на пакистанской стороне, располагались как многочисленные лагеря для подготовки боевиков, так и базы пакистанских «чёрных аистов» и прочих профессиональных наёмников. Столь мощная группировка угрожала прервать автотранспортное сообщение между Джелалабадом и Асадабадом, по которому шло снабжение войск.

Трагедия на берегу реки

21 апреля 1985 года у населённого пункта Маравара, что в 2 км северо-восточнее Асадабада, в организованную афганскими моджахедами засаду, попала 1-я рота 334-го отряда спецназа. Она выдвинулась из Асадабада к паромной переправе через реку Кунар 20 апреля с задачей прочесать кишлак Сангам, находившийся в Мараварском ущелье, что в трёх километрах от расположения части. По разведданным, там находился душманский пост с постоянным составом из 8-10 человек.
С господствующих высот по обеим сторонам ущелья 1-ю роту прикрывали две другие — 2-я и 3-я. Одновременно отвлекающий манёвр начала броневая группа, состоявшая из восьми БМП и двух танков, которая в экстренном случае должна была оказать поддержку пешему отряду. Офицеры батальона, как и подчинённые, ранее не участвовали в боевых действиях, но рвались в бой. Настроение у всех было радостно-возбуждённым. На него не повлияли ни тревожные намёки паромщиков-афганцев во время переправы через Кунар, ни исчезновение двух местных проводников сразу после высадки на берег.
К 5:00 21 апреля рота вышла на восточную окраину Сангама, расположенную в пяти километрах от границы с Пакистаном, и прочесала её. Противника в кишлаке не оказалось, хотя и были обнаружены следы его недавнего здесь пребывания. По сути дела, поставленная задача была полностью выполнена. Однако рота, разбившись на четыре группы, начала продвижение вглубь Ма раварского ущелья к кишлаку Даридам. Две группы шли по левой и две — по правой стороне ущелья И вскоре попали под прицельный огонь душманов и пакистанских «чёрных аистов». Русских ждали — за день до этого комбат с командирами рот изучал место предстоящей операции с поста афганской армии, а с утечкой подобной информации были знакомы все, кто воевал «за речкой»: это было массовым и, в общем-то, привычным явлением. Но в данном случае это не учли. Как вспоминает разведчик отряда Анатолий Пашин, ««духи» отрезали два взвода двойным кольцом и начали расстреливать ребят.
Поднялась паника. Никто не знал, что делать. Оба взвода почти полностью погибли, правда, когда началась перестрелка, несколько человек успели выйти из этого кольца. Другие два взвода пытались прийти на помощь, но кольцо было очень плотным, и у нас появились потери». В том бою был совершён беспримерный в истории афганской войны подвиг — семеро наших ребят, раненые, предпочтя смерть плену и истязаниям, взорвали себя мощной противопехотной миной ОЗМ-72 с большим радиусом сплошного поражения. Во второй половине дня 21 апреля, когда сводная рота и бронегруппа пришли на помощь, навстречу им вышли уцелевшие бойцы, выводя и вынося раненых товарищей. Как вспоминает Игорь Непомнящий, командир роты, поспешившей на помощь попавшим в засаду сослуживцам, «после такого «боевого крещения» у некоторых сдали нервы, мы не могли забрать у них из рук оружие… Многие полностью поседели — в 18 лет».
Последующие два дня, потеряв ещё 2 солдат, из Мараварского ущелья пришлось под огнём выносить изуродованные тела воинов. Многих пришлось опознавать по наколкам и деталям одежды.

Жёсткий и скорый ответ

Гибель большого количества военнослужащих отряда показала истинное положение дел по концентрации противника в окрестностях Асадабада. В середине мая 1985 года Генштаб Вооружённых сил СССР оперативно спланировал крупномасштабную общевойсковую операцию — одну из наиболее крупных в истории афганской войны. Командование операцией осуществлял генерал армии В. И. Варенников, а её целью была нейтрализация многочисленных вооружённых формирований афганских моджахедов, ликвидация их опорных пунктов и приграничных с Пакистаном складов вооружения на широком фронте по всему Кунарскому ущелью — от Джелалабада до Барикота. По плану операции, местность разбили на участки шириной и глубиной примерно в 20-30 км. После мощной артиллерийской подготовки на закреплённые за воинскими частями участки высадились подразделения 103-й гвардейской воздушно-десантной дивизии, 56-й отдельной гвардейской десантно-штурмовой бригады и 66-й отдельной мотострелковой бригады. Всего вертолёты десантировали около 12 тысяч человек. Одновременно вдоль долины реки Кунар в направлении города Асадабад выдвинулись бронегруппы советских войск и правительственных войск ДРА. Общее количество участвовавших в операции военнослужащих достигло 17 тысяч человек.
«Привлечение такого количества войск вызвано тем, что противник, располагая бандами общей численностью более 6000 человек, значительно увеличил свою группировку в этом районе, — отметил в книге «Неповторимое» Валентин Варенников. — Кроме того, зная о нашей подготовке к боевым действиям, не только не принял меры к отводу своих банд, а наоборот, дополнительно выдвинул накануне наших действий с территории Пакистана 2500 человек, а в ходе боевых действий добавил ещё более 3000 человек».
Противник, упреждая продвижение большой группировки советских войск, на участках, выбитых в скалах над рекой Кунар, подорвал единственную горную дорогу, связывающую Асадабад и Джелалабад. Восстановлением дорожного полотна и возведением переправ через реку Кунар занимались подразделения 45-го отдельного инженерно-сапёрного полка.
Основная фаза операции началась 19 мая и продлилась до 12 июня. Главные действия развернулись в ущельях рек Кунар и Печдара. Огнём артиллерии и штурмовыми действиями авиации советские войска одновременно, чтобы душманы не смогли маневрировать, нанесли удары по районам расположения противника. Затем, последовательно «накрывая» районы, приступили к уничтожению банд одной за другой.
Противник оказывал жёсткое сопротивление, о котором генерал Варенников пишет так: «Душманы то и дело переходили в контратаки с целью отбить объект обратно. Раньше такого не отмечалось. Обычно, когда они хотели вернуть утраченное, то готовили нападение тихо, хитро и внезапно. А здесь — открыто, во весь рост шли в контратаку с возгласами: «Аллах Акбар!».
25 мая 2-й мотострелковый батальон 149-го гвардейского мотострелкового полка получил боевую задачу на обход с тыла отряда противника, рассредоточенного на горном плато. Скрытный марш-бросок был совершён ночью. В авангарде батальона действовала сводная группа, в которую вошли 4-я мотострелковая рота, гранатометный и миномётный взводы общей численностью 64 человека. По официальной версии, из-за ошибки головного походного охранения, которое в темноте перепутало ущелье, намеченное для марш-броска, группа втянулась в другое ущелье, более длинное по протяжённости и вдобавок находившееся под контролем противника. Советские воины оказались в организованной огневой засаде значительно превышающего численностью формирования афганских моджахедов й иностранных наёмников. Позднее выяснилось, что сводную группу привели в засаду проводники из местных жителей, которые специально вывели роту на засаду моджахедов. Оба позднее попытались перебежать к своим, но их пристрелили. Как вспоминает воин-афганец Павел Бородкин, ««духи» вели огонь из автоматов и карабинов разрывными пулями, стреляли из ручных и крупнокалиберных пулемётов, гранатомётов, из зенитной горной установки, работали снайперы. Особенно плотным и беспрерывным огонь был первые два часа боя. Рассчитывали, что мы не выдержим этого ливня из пуль, осколков и, обезумевшие от страха, оставим занятые в скалах позиции. Тогда бы они перестреляли нас, как мишени в тире. Но рота не дрогнула. Запасы боеприпасов у нас были значительно скромнее, и пополнить их было негде, поэтому всё время экономили, стреляя одиночными или короткими очередями».
В ходе многочасового боя у горного кишлака Коньяк гвардейцы потеряли 23 человека убитыми и 18 ранеными. С наступлением темноты они начали отходить, выводя и вынося раненых. Затем вернулись за телами погибших товарищей, чего моджахеды никак не ожидали.
Но нападать тем не менее не стали. По разведданным, потери «духов» в том бою составили порядка двухсот человек убитыми и ранеными, а превосходство врага было десятикратным, преимущество они имели и в вооружении.
В том бою подвиг совершил гвардии сержант Василий Кузнецов. Следуя в головном дозоре, он первым обнаружил организованную засаду и, крикнув: «Духи!», предупредил своих боевых товарищей об опасности, чем вызвал на себя шквальный огонь. Будучи тяжело ранен и израсходовав все патроны, он подпустил на максимально близкое расстояние окруживших его моджахедов и подорвал себя и их последней гранатой. Отважный воин был посмертно награждён орденом Ленина.
И ещё несколько строк о том, как сражались в те дни советские воины. «28 мая 1985 года старший лейтенант Владимир Задорожный в составе сводного отряда принимал участие в армейской войсковой операции в провинции Кунар. 29-летний офицер был назначен старшим артиллеристом разведывательной группы. Выдвигаясь на рубеж по ущелью, группа попала в засаду. Задорожный вызвал и грамотно корректировал огонь артиллерии. Во время боя на КНП полетели вражеские гранаты. Одна из них упала в двух метрах от старшего лейтенанта Задорожного. Жертвуя собой во имя спасения жизни солдат, отважный офицер накрыл гранату своим телом…». Звания Героя Советского Союза Владимир Задорожный удостоен посмертно. Также посмертно Золотых Звёзд удостоены ефрейтор Александр Корявин, который ценой собственной жизни спас жизнь командира взвода, заслонив его от автоматной очереди противника, лейтенант Николай Кузнецов, который, обеспечивая отход подчинённых, подпустил врагов поближе и подорвал их гранатой, и другие мужественные и отважные солдаты и офицеры. …По итогам операции в провинции Кунар противник потерял убитыми более 4200 человек. Было захвачено и уничтожено более 100 артиллерийских орудий и миномётов, около 200 крупнокалиберных пулемётов, более 160 различных складов, 2,5 миллиона различных боеприпасов и учебно-подготовительный центр. Характерно, что пакистанская печать обошла молчанием это крупное поражение афганской контрреволюции. Важным итогом операции явилось разблокирование автодороги Джелалабад—Бари кот, которое позволило вплоть до вывода гарнизона Асадабада летом 1988 года обеспечить его относительно безопасное функционирование.
По итогам боевых действий в провинции Кунар генерал армии В.И. Варенников докладывал министру обороны СССР маршалу Сергею Соколову: «Активная, значительная и всесторонняя помощь США, Пакистана и некоторых других стран позволяет контрреволюции постоянно наращивать свои военные усилия. В 1981 году отряды и группы мятежников составляли 30 тысяч, в 1983 году — около 40 тысяч, в 1985 году — 70 тысяч человек. Постоянно совершенствуются формы боевых действий противника. Это наглядно просматривается на событиях в провинции Кунар».

Журнал: Запретная история №12, декабрь 2019 года
Рубрика: Схватка у кишлака Коньяк
Автор: Владимир Гондусов

Метки: СССР, война, полк, Историческая правда, бой, Пакистан, Афганская война, рота, коньяк, моджахеды, кишлак



Telegram-канал Багира Гуру


Исторический сайт Багира Гуру, история, официальный архив (многое можно смотреть онлайн, не Википелия); 2010 — . Все фото из открытых источников. Авторские права принадлежат их владельцам.