Дом Павлова в Сталинграде — кто его защищал на самом деле?

89-летний Камалджан Тургунов — последний из живых защитников дома Павлова. Он приехал в Волгоград из далёкого узбекского кишлака Бордым-Куль. Мы беседуем, сидя с ним и его сыном Сабиджаном в зале администрации области, где только что закончился приём участников Сталинградской битвы. Сабиджан при отце — вроде переводчика. Так и не научился старый солдат хорошо говорить по-русски.

Фото: Дом Павлова в Сталинграде, интересные факты

Герой обороны

— Нашим гарнизоном командовал лейтенант Афанасьев, а не сержант Павлов. И дом должен носить имя этого командира. Героем обороны был именно он, — Камалджан-ака на мгновение умолк, видно, мыслями ушёл в прошлое.
20-летним парнем в мае 1942 года он был призван в действующую армию. По-русски говорил плохо. Помнит, как после учебки их отправили в Астрахань, а в сентябре переправили на левый берег Волги.
— Мы стояли на одном берегу. Сталинград на другом, — продолжает исповедь солдат. — Зачитали перед строем список разведгруппы. Назвали и мою фамилию. Ночью под ураганным огнём переправили нас в город. Приказали занять дом на площади имени 9 Января.
Пули — как дождь. Ползком пробрались в нужный дом. Четверо нас было с сержантом Павловым. Стали обследовать этажи, спустились в подвал. Там — раненые бойцы и мирные жители.
Женщина успокаивала плачущую грудную девочку, завёрнутую в одеяло. Мы накормили совсем обессилевшую от голода мать. Девочка — Зиночкой её звали — на руках матери сильно кричала, потом вдруг затихла. Подумали, что отдала Богу душу. Стали копать могилку, и тут лопата наткнулась на что-то железное. Оказалось, медальон с молитвой. Только очистили его от земли, как Зиночка ожила. А мы ведь её чуть не похоронили. Глубокой ночью перенесли их с матерью на переправу. Я нёс Зиночку…
А потом пришло подкрепление. Привёл бойцов по приказу комбата Жукова лейтенант Афанасьев. Это и спасло нас. Немцы без конца атаковали…
— Бои за дом продолжались до 25 ноября. 58 дней, — продолжил Камалджан. — Комбат Жуков, когда дом отстояли, приказал занять «молочный» дом (до войны он принадлежал профсоюзу работников молочной отрасли. — Прим, автора), теперь на его месте — Дом офицеров.

Все были героями

— А как получилось, что дом на площади назвали именем Павлова?
— Когда заняли дом, Павлов послал в штаб записку. Мол, дом заняли, ждём подкрепления. И подписался: «Павлов». Так и нанесли этот дом на штабные карты. Хотя, как рассказывал потом комбат Жуков, предлагали обозначить дом его именем. Но Жуков отказался. Так и оста-
лось — дом Павлова. После войны на его стене надпись появилась: «Этот дом отстоял гвардии сержант Яков Павлов». Будто он один его оборонял. Одному ему дали Героя. Всем надо было…
На мраморной плите сейчас выбиты фамилии. Павлов идёт первым, потом лейтенант Афанасьев. Нас, кстати, не 24 было, как там значится, а больше. Вычеркнули из списка абхазца Алексея Сукбу и калмыка Гарю Хохлова. Алексей потом ранен был в Белоруссии. Попал в плен. Чтобы выжить, стал служить у власовцев. Нёс караульную службу. За это и пострадал.
А Гаря Хохлов, снайпер наш, тоже ранен был. Вернулся в родную Калмыкию инвалидом. А в 44-м его выслали в Сибирь. Так Сталин обошёлся с калмыцким народом. Гарю потом восстановили в наших списках. Сергей Иванов настоял, когда министром обороны был.
С нами ещё санинструктор, медсестра и санитарка находились. Фамилий не помню. Ещё прибился к нам мальчик Толик, лет одиннадцати. Отчаянный паренёк. Под градом пуль делал вылазки. Как-то принёс немецкие бумаги — нашёл где-то в развалинах. Оказалось, это план захвата немцами одного из районов Сталинграда. Ещё Толик помогал раненому пулеметчику Воронову, подавал ленты с патронами. Когда стало совсем невмоготу — немцы занимали этаж за этажом, мы пытались пробиться через маленький лаз в затопленный подвал, но не смогли. Тогда пролез туда Толик. По пояс в ледяной воде расширил найденной там киркой дыру и спас нас. Потом его ранило в голову. Что стало с ним позже, не знаю.
— Был среди нас и легендарный снайпер Чехов, — продолжает мой собеседник, — стрелял из окон нашего дома. Да, вспомнил фамилию санинструктора. Лицман-музыкант мы его звали!

Дочка Зина

Камалджан-ака что-то сказал сыну. Я разобрал только имя — Зина.
— Отец говорит, что дочка Зина ждёт, — объясняет Сабиджан. — Это та девочка, которую он вынес из дома Павлова. Отец её погиб на войне, мать умерла в начале шестидесятых. Теперь Камалджан-ака считает её своей дочерью, своим восьмым ребёнком. Фамилия её Андреева — по мужу.
Такси быстро домчало нас до улицы Невской, где живёт Зинаида Петровна. За обеденным столом говорили о доме Павлова.
— Дома с таким названием не знаю, — нахмурился Камалджан-ака. — И друзья мои, если бы были живы, то же самое сказали бы.
Зашёл у нас разговор и о прибившемся к бойцам мальчишке.
— Как же не знать фамилию Толика. Курышов он! — уверенно говорит Зинаида Петровна. — Мы с Вороновым и Афанасьевым бумаги ему выправляли. Воронов подтвердил, что Курышов был в нашем доме до самого конца. Красную Звезду ему потом вручили. Как радовался Иван Филиппович Афанасьев, когда собрал нас в 1967 году!
Он, кстати, от ран ослеп, долгое время не видел. Потом профессор Водовозов сделал ему операцию, вернул зрение. Про Афанасьева тогда все молчали. Павлов — главный герой. Комбат Жуков, когда живой был, и слышать о нём не хотел. Болтун он, мол, и хвастун. Афанасьева Павлов страшно не любил. Когда приезжал в Волгоград, звонил из гостиницы: «Этот (далее следовало нецензурное слово) ещё жив?». Знал ведь, что тот ослеп и нуждается в помощи.

В поисках медиков

Я поинтересовался, как разыскать медиков, которые оказывали помощь раненым бойцам в дни обороны дома.
— Не знаю, милый мой, чем помочь, — развела руками Зинаида Петровна.
— Погоди, что-то о них говорил бывший командир Александр Ильич Родимцев, когда к нам приезжал. Ты его книгу «Гвардейцы стояли насмерть» разыщи. В наш архив обратись.
Послушавшись совета Зинаиды Петровны, я на другой день после встречи поехал в архив, но ничего там не нашёл.
— Многие документы военной поры утрачены, — объяснили в архиве. — Обратитесь в музей-панораму.
Поехал в музей, а там — выходной. Зашёл в библиотеку имени Горького. В книге Родимцева «Гвардейцы стояли насмерть» нашёл фамилию Марии Ульяновой, что оказывала помощь раненому пулеметчику Воронову. Упоминал Александр Ильич и других медиков, но вскользь. Единственная подсказка — называли одну из них Машенькой из Мышеловки.
Еле дождался следующего дня, помчался в музей-панораму «Сталинградская битва». Там подняли карточку на санинструктора 13-й гвардейской стрелковой дивизии Марию Ульянову. Читаю донесение в штаб фронта начальника политотдела 62-й армии бригадного комиссара Васильева от 31 декабря 1942 года: «Ульянова Мария Степановна, работница завода «Красный Октябрь»«. Считается в 42-м СП (стрелковом полку) 13-й гвардейской стрелковой дивизии лучшей медицинской сестрой. Участвовала в обороне дома Павлова, оказывала помощь раненым. Под любым огнём хладнокровно выполняет свои обязанности. Награждена медалью «За отвагу».
Ещё в фондах хранится фото М.С. Ульяновой. На нём она оказывает помощь раненому. Снимок сделан в день, когда оставшиеся в живых гвардейцы пробивались в «молочный» дом. А кто же тогда Машенька из Мышеловки?
— Погодите, — вдруг говорит сотрудница фондов, — был под Киевом до войны такой посёлок — Мышеловка. Сделайте запрос в Киев.
Позвонил в Киевский городской Совет ветеранов битвы. Часто звонил туда участнику захвата в плен Паулюса Ф.М. Ильченко.
— Корреспондент из Сталинграда? — сразу узнали меня. — Записывайте фамилию: Боровиченко Мария. Сейчас карточку найдём. Запишете или дождётесь ответа письмом?
Какой там ответ письмом — я сгорал от нетерпения! Вот что записал под диктовку: «Мария Боровиченко, сержант медслужбы. Родилась 21 октября 1925 года в посёлке Мышеловка. В неполные 16 лет, прибавив себе год, записалась на фронт добровольцем. Участвовала в обороне Киева. В боях под Конотопом спасла жизнь более 20 раненым. В конце сентября 1941 года участвовала в дерзком рейде в тыл врага, уничтожила четверых гитлеровцев. В составе 13-й гвардейской дивизии была послана с подкреплением в дом Павлова. 4 февраля 1943 года награждена медалью «За боевые заслуги». 14 июля 1943 года в деревне Орловка на глазах однополчан погибла, спасая раненого офицера. Посмертно удостоена звания Героя Советского Союза».
Ещё один защитник дома Павлова — Владимир Лицман. Родился в 1920 году на Украине. На фронт ушёл санинструктором. С дивизией Родимцева попал в Сталинград, был направлен в дом Павлова. Прошёл с дивизией до Праги. Организовал духовой оркестр. В 1945-м его оркестр встречал в Праге Эйзенхауэра, де Голля, английскую королеву Елизавету, маршала Тито. Долгое время был дирижёром ансамбля песни и пляски Уральского управления внутренних войск. Умер в 2009 году.
Поблагодарив киевлян за помощь, я занялся поисками санитарки. В конце концов, в книге И.Ф. Афанасьева наткнулся на её имя и фамилию — Нина Сапрыкина. Позвонил Зинаиде Петровне. — А я и не сомневалась, что ты её разыщешь. Кстати, не забудь поздравить Камалджана. Ему в марте исполняется девяносто. По душе ты ему пришёлся. Пожелал тебе «множечко здоровья».

Журнал: Тайны 20-го века №21 май 2012 года
Рубрика: Эхо войны
Автор: Иван Барыкин

Метки: война, Великая отечественная война, Тайны 20 века, сражение, дом, защита, город, битва, Сталинградская битва, Сталинград, оборона, Павлов



Telegram-канал Багира Гуру


Исторический сайт Багира Гуру; 2010 —