Доставка ленд-лиза через Аляску и Сибирь

Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 

Отгремел частыми грозами июнь, настал жаркий июль 1942-го. Шёл второй год кровопролитной войны. Положение на фронтах было аховое — оборона трещала по швам.

Доставка ленд-лиза через Аляску и Сибирь

Сложное положение

Сталин был расстроен сдачей Харькова, Ростова, Керчи, Севастополя, Воронежа. Рейдерами гроссадмирала Тирпица был потоплен морской конвой PQ-17 с военными грузами для СССР. И Черчилль заявил в личном секретном послании Сталину: проводка конвоев может быть прекращена на неопределённое время.
Открытие Второго фронта тоже откладывалось. Где взять тысячи самолётов и танков, которые были перемолоты за год войны? Поставки союзников через Иран и Тихий океан до Владивостока не могли восполнить все потери. Британцы слали старые неуклюжие танки, которые при попадании немецких снарядов горели как факелы. Сам Черчилль вынужден был признать: «У танка, названного моим именем, недостатков больше, чем у меня самого». Сэр Уинстон пообещал дядюшке Джо (так он называл Сталина за глаза) присылать больше самолётов. Но и их не хватало, чтобы сдержать рвущегося к Сталинграду Паулюса. На помощь снова пришёл президент Рузвельт. В 1941-м именно он предложил СССР военную помощь по ленд-лизу, а теперь озадачил Сталина: почему бы американским лётчикам не доставлять самолёты через Камчатку?

Личное поручение Верховного

Сталин поручил своему секретарю Поскребышеву созвать заседание Государственного Комитета Обороны (ГКО) и пригласить на него командира 2-й авиагруппы Северного флота Илью Мазурука. Вот что написал Илья Павлович в своей книге «Над Арктикой и Антарктикой»: «Вождь, окинув мрачным взглядом краснозвездных маршалов, произнёс:
— Американцы предложили перегонять свои самолёты до Байкала. Но мне кажется, это дело надо поручить нашим лётчикам. Зачем нам чужие глаза и уши… Можно ли по недавно проложенному Северному морскому пути доставлять самолёты из США, товарищ Мазурук? — обратился он ко мне.
— Нельзя, товарищ Сталин, — ответил я, боясь навлечь гнев Верховного.
— Почему? — вождь перестал мерить кабинет мягкими шевровыми сапогами.
— Наступает полярная ночь. На базах нет горючего. Его можно завезти только в навигацию 43-го…
Сталин наставил курительную трубку на наркома Ворошилова:
— Почему не обеспечили подвоз? Чем вы занимаетесь вообще? — он едва сдерживал гнев.
— А через Камчатку? — снова обратился он ко мне.
— Тоже невозможно, товарищ Сталин. Самолётам придётся лететь над морем. Для истребителей путь длинный, непригодный. Вот если через Берингов пролив из Аляски…
— Как проложить эту трассу, товарищ Мазурук? — ухватился Верховный.
— С Аляски через Берингов пролив, Чукотку, Колыму, Якутию, Сибирь — до Красноярска. Оттуда бомбардировщики сами полетят на фронты, а истребители можно погрузить на платформы Транссиба и везти на восток, — озвучил я давнюю задумку. — Но это 6450 километров лета, нужно построить новые аэродромы и посадочные площадки, реконструировать старые…
— Неплохая идея, товарищ Мазурук. Вот и займитесь этим. Вы назначаетесь начальником Красноярской перегоночной дивизии. А пока обмозгуйте маршрут с инженерами.
Вождь подошёл к столу, перевернул листок календаря и что-то написал.
— Послезавтра доложите. Трасса должна быть готова через три месяца, — обратился он к наркому ВВС Новикову. — А ты, Лаврентий, обеспечь стройку заключёнными, — озадачил он Берия».

Небесное окно в Америку

— В тот же день родился секретный приказ ГКО за номером 100-92 о прокладке воздушной трассы Аляска-Сибирь (Алсиб), — вспоминал Илья Павлович. — Поначалу я оробел. Одно дело самому лететь по Северу, встречаться со смертью лицом к лицу. А тут наломаю дров с этими лётчиками-выпивохами — не миновать расстрела. Дивизию пришлось формировать из лётчиков-добровольцев, снятых с фронтов, полярников, гражданских пилотов, выпускников авиаучилиш, Строительство аэродромов и посадочных полос по всей Красноярской трассе до Берингова пролива велось форсированным методом: каторжным трудом многих тысяч заключённых колымских лагерей. Трасса с аэродромами и посадочными полосами была завершена за неполные три месяца, но какой ценой…
Сколотив эскадрильи и авиаполки, Мазурук полетел на Аляску. Там на авиабазе Фэрбенкса было создано управление по военным поставкам во главе с полковником Кэтчэтменом. Илья Мазурук захватил ему в подарок бочонки со спиртом и икрой. ««Это лишнее, сэр! — укорил меня полковник. — Мы с вами делаем одно дело». Потом смягчился: «Ну хорошо, разобьём Гитлера — тогда милости прошу, разопьём ваш бочонок до дна за Победу!». Вскоре мы с Петром Гамовым принимали первую группу самолётов»…

«Мы летим, ковыляя во мгле…»

Автору этих строк довелось встретиться с сыном знаменитого полярного лётчика, Валерием Петровичем Гамовым, который пошёл по стопам отца.
— О сверхсекретной трассе Алсиб я узнал от папы, пообещав ему держать язык за зубами, — признался собеседник. — Я летал на Аляску по приглашению ветеранов, помнивших отца. Мне очень понравился Фэрбенкс, где проживает немало русских — потомков первых поселенцев. Там находятся авиабаза США и памятник покорителям Алсиба. После трогательной встречи с ветеранами я зашёл в здание, где раньше находилась советская военная миссия и где часто бывал отец. Встретив здесь Леночку Макарову, присланную в миссию военной переводчицей, он влюбился в неё по уши. Мама, нарушив инструкцию, передала ему тогда копии переведённой документации. Теперь он знал, чего ждать от «Кобр».

«Кобры» над тундрой

Приняв эскадрилью, Гамов поднял её в небо. Лететь предстояло около 2000 километров через всю Аляску — над дремучими лесами долины реки Юкон до города Ном, далее через Берингов пролив и тундру Верхней Чукотки до села Уэлькаль.
Там он передал машины сменщикам. Им предстоял перелёт в 1450 километров через всю Чукотку и Колымский хребет. Все обошлось и у них. А вот при перелёте от Сеймчана до Якутска через полюс холода случилось ЧП. Шквалистый ветер отнёс «Аэрокобру» на 80 километров от маршрута. В обстановке сплошной облачности лётчик врезался в скалы. Аварии стали повторяться с пугающей частотой. Гамов вызвался взять на себя участок перелёта через хребты Колымский и Черского до Якутска.
— По его рассказам, — вспоминает Валерий Петрович, — неимоверно тяжело было лететь зимой, в трескучие морозы до минус 55, когда кабина промерзала насквозь, а самолёт обрастал ледяной коркой. На большой высоте — а приходилось преодолевать горные пики — начиналось кислородное голодание. Самолёт страшно трясло. Снегопад залеплял обзор.
Первый перелёт от Фэрбенкса до Красноярска занял больше месяца. Москва забросала Мазурука звонками: «Чего вы там телитесь? Сталинграду позарез нужны самолёты!». Илья Павлович и так делал все что мог. Умолял американцев: «Ускорьте поставки». Заставил прислать с Большой земли толковых техников. Ругался с особистами, прикреплёнными к каждому авиаполку. Те после каждой аварии на трассе искали вредителей. Завели досье на самого Мазурука: мол, не считается с мнением сотрудников Смерша. А он просто посылал их… Мазурук сколотил на перегоночной базе в Фэрнбексе группу опытных технарей во главе с лейтенантом Виталием Шевчуком. Тот обладал бесценным даром чувствовать, что не так в машине, заставлял американцев тут же устранять неполадки.

Зачем подсылали к Шевчуку красавиц

«Поначалу, — вспоминает в книге И.П. Мазурук, — янки, чтобы замаслить, стали подсылать к нему симпатичных лётчиц из женской авиагруппы, перегоняющей самолёты из Нью-Йорка. Но русского их чары не брали. Хотя каждый прилёт чаровниц в Фэрнбекс добавлял нашим летунам андреналина. Вовсю, черти, с миссис флиртовали. А уж особисты настрочили целые тома о неслужебных отношениях советских лётчиков. А они делали своё дело, постоянно рискуя жизнью. С октября 42-го по октябрь 45-го по Сталинской трассе мы перегнали 8904 самолёта».
Я узнал от Валерия Гамова, что по соглашению о ленд-лизе советская сторона обязалась после войны передать США неиспользованные военные грузы, а поставки гражданского назначения оплатить. Но уже в мае 1945-го Сталин сделал заявление: «Поставки союзников полностью оплачены кровью советских солдат». К слову, первые поставки в СССР были оплачены золотом, платиной, пушниной, рудой…

Золото крейсера «Эдинбург»

— Об этом нигде не сообщалось, — уточнил Валерий Гамов, изучивший историю ленд-лиза, — но 29 апреля 1942 года из Мурманска в Лондон был отправлен конвой QP-11, состоящий из 13 транспортов, крейсера «Эдинбург» и шести эсминцев. В строжайшей тайне на крейсер были погружены в ящиках 5,5 тонны золотых слитков (465 штук) в уплату за поставки. 30 апреля командир подводной лодки Макс Тайхерт обнаружил опередивший конвой «Эдинбург». Это был редкий шанс расправиться с крейсером-одиночкой. С дистанции 1200 метров Тайхерт дал залп из трёх торпед. Две из них попали в центр корпуса и корму крейсера. «Эдинбург», накренившись, лишился хода. Буксиры помогли «Эдинбургу» лечь на обратный курс. И тут конвой обнаружили немецкие эсминцы. Они погнались за «Эдинбургом». Когда одна из торпед попала в него, возникла угроза захвата корабля, и капитан принял решение затопить судно.
В 1970-х годах боцман конвоя Кейт Джессоп решил начать поиски золота. В апреле 1981-го было заключено советско-британское соглашение, подписали контракт с фирмой Джессопа. В случае успеха она получала 45% золота. Всё остальное делилось в пропорции один к трём между английской и советской сторонами. В мае того же года крейсер обнаружили на глубине 260 метров. Вскоре на поверхность подняли 431 слиток. Остальные навсегда остались на дне. Фирма Джессопа, Британия и Советский Союз получили свою долю золота, согласно договору.

Журнал: Тайны 20-го века №16, апрель 2013 года
Рубрика: Эхо войны
Автор: Иван Барыкин

Метки: СССР, война, Великая отечественная война, Тайны 20 века, Сибирь, самолёт, Сталин, США, аэродром, ленд-лиз, Аляска, 1942




Исторический сайт Багира Гуру, история, официальный архив; 2010 — . Все фото из открытых источников. Авторские права принадлежат их владельцам.