В годы Второй мировой войны Польша первой приняла на себя удар нацистской машины. Оккупированная страна жила под немцами более пяти лет. Но в самом центре этой мясорубки, в столице Варшаве, оставались люди, чудом выжившие и рассказавшие миру об ужасах войны.

Как люди выжили в Варшаве при нацистской оккупации?

Как жители Варшавы пережили немецкую оккупацию во время войны?

В 2002 году на экраны вышел фильм «Пианист» режиссёра Романа Поланского. Картина основана на реальных событиях — её главным героем стал известный музыкант Владислав Шпильман. «Пианист» рассказывает невероятно драматичную историю выживших жителей в разгромленной Варшаве при нацистском режиме.

Оккупация Польши

Напомним, чем стала Варшава всего за несколько лет. Первые бомбы упали на город уже 1 сентября 1939 года. Через несколько недель после вторжения Германии в Польшу страну покинуло политическое и военное руководство — Варшава оказалась предоставлена сама себе. Горожане мужественно отбивали атаку за атакой, но к 13 сентября немцы смогли взять столицу в кольцо. В конце концов, 27 сентября город сдался, и спустя несколько дней на его территорию вошли гитлеровские войска.
К тому моменту Варшава уже потеряла 31 тысячу человек убитыми, почти 50 тысяч были ранены. Городские постройки были разрушены на 10%. Все руководство города было выслано в концентрационный лагерь Дахау, откуда оно уже не вернулось. Следующие пять лет Варшава пребывала в немецкой оккупации. Однако при всей ненависти к покорённым народам в планы гитлеровцев не входило уничтожение поселений, в которых продолжало оставаться гражданское население, задействованное на принудительных работах.
Всё изменило провальное Варшавское восстание 1944 года. Горожане стали нежелательным элементом. Однако на масштабную карательную операцию у немцев, которые уже стали проигрывать войну, ресурсов явно не оставалось, поэтому дело ограничилось заключением «Договора о прекращении военных действий в Варшаве». Согласно ему, город отныне становился милитаризованной зоной (Festung Warschau), а гражданскому населению было категорически запрещено находиться в Варшаве. Ушедшие из столицы поляки были либо интернированы в Германию в трудовые лагеря, либо распределены в западных округах генерал-губернаторства. Также город покинули представительства . Польского Красного Креста. Всё это развязало руки оккупантам, которые тут же стали уничтожать то немногое, что осталось от польской столицы, с последующим грабежом уцелевшего имущества.

Жизнь в Варшаве во время войны

Таким образом, по состоянию на октябрь 1944 года Варшава являла собой жалкое зрелище. Уничтоженный город выглядел как мёртвая зона в центре Европы. Однако даже в такой безнадёжной обстановке жизнь не останавливалась. Город продолжал оставаться местом проживания для нескольких сотен — по другим сведениям, тысяч — человек, которым просто было некуда идти. Евреи, прятавшиеся от арийских карателей. Отрезанные от связи с внешним миром люди, которые не понимали, чем закончилось восстание, а потому предпочитавшие оставаться в укрытии до прибытия «своих». Старики, которым было некуда идти и которые хотели умереть на родной земле. Больные, о которых в спешке позабыл Красный Крест.
Эти люди, брошенные на произвол судьбы, зачастую были отрезаны друг от друга, проживая едва ли не поодиночке — как позже выяснят исследователи, самая большая группа насчитывала всего 40 человек. Для полуторамиллионного города это была смешная цифра. «Обитаемыми» были лишь три современных района Варшавы — Средме-стье, Жолибож и Охота, остальная же часть города была действительно «мёртвой». Расположение «живых зон» в центре города спасало более развитой инфраструктурой, однако уцелевшим робинзонам — как их позже окрестят историки — было необходимо соблюдать целый комплекс мер предосторожности, чтобы не оказаться пойманными немцами.
Прежде всего, было необходимо подобрать надёжное укрытие. Как правило, ими становились подвалы основательно разрушенных зданий, которые немцам уже не было необходимости доламывать. Подземные помещения выбранных домов оборудовались кустарным способом, однако в лучших традициях бункерного строительства. Иногда люди соединяли подвалы нескольких домов, создавали множество входов и выходов, а также оборудовали вентиляцию — словом, делали все, чтобы проживать под землёй максимально долго, без необходимости выбираться на поверхность, где им постоянно грозила смертельная опасность.
Однако вопрос с пищей и водой стоял особенно остро. Все нужно было искать в разрушенном городе, лишённом продовольствия — его либо увезли эвакуировавшиеся жители, либо съели сами немцы, либо растащили другие робинзоны, — а то немногое, что всё-таки удавалось раздобыть, нужно было потребить максимально осторожно, чтобы даже Дымом из топки или звоном посуды не выдать своего местоположения карательным отрядам, остававшимся в Варшаве. Как потом говорил один из робинзонов, «когда наступали сумерки, у нас начиналась жизнь» — тот же дым от огня ночью был менее заметен. Спали же люди преимущественно днём, когда высовываться наружу было совсем нельзя.
Серьёзной оставалась и психологическая обстановка. Людям приходилось неделями находиться в замкнутом пространстве без родных и близких, едва ли не в одиночестве — или же наедине с одними и теми же лицами.

История пианиста Владислава Шпильмана

Конечно же, немцы не были наивны — и по выявляемым группам Робинзонов формировали представление о том, что в Варшаве продолжают оставаться поляки. Однако их статус был непонятен гитлеровскому командованию. Так, 18 октября 1944 года генерал Смило фон Лютвиц, чья армия действовала в Варшаве, издал приказ, в тексте которого сообщалось следующее: «…В развалинах Варшавы находятся ещё коварные поляки, которые могут создавать угрозу тылам немецких войск. Элементы, скрывающиеся в руинах и подвалах домов, представляют постоянную опасность в тылу воюющих войск…». В связи с этим отрядам карательной полиции надлежало проведение больших облав по всему городу с целью выявления и уничтожения робинзонов. Обнаруженным жителям никакой пощады не было — их безжалостно убивали на месте. Лишь однажды большой группе варшавян дозволили заменить казнь ссылкой в трудовой лагерь в Пруткове — что, собственно, было аналогично смерти.
Существует удивительная история одного из самых известных варшавских робинзонов — польского пианиста Владислава Шпильмана. Его родственники были отправлены в концлагерь Треблинка, в то время как сам он был чудом спасён еврейским полицейским, который незаметно оттолкнул его от толпы, загоняемой в вагон. О судьбе своих родных он не смог узнать даже после окончания войны — как позже признавался, «не смог пересилить себя». После спасения он работал в Варшавском гетто, потом сбежал оттуда и прятался во многих квартирах. Его последним пристанищем стал разрушенный госпиталь в центре города, где Шпильман стал страдать от недоедания. Однажды, во время скитания по Варшаве в состоянии голодного бреда, он набрёл на здание немецкого штаба обороны города. Но офицер Вильгельм Хозенфельд, который обнаружил Шпильмана, не только не выдал его властям, но даже помог укрыться на антресоли под крышей и носил ему еду вплоть до освобождения Варшавы — как потом рассказывал пианист, немец признался, что ему «хорошо известно, что творилось в Польше», и что ему «стыдно за свой народ». Хозенфельд умер в советском плену в 1952 году, а Шпильман после войны ещё 20 лет работал на варшавском радио, продолжая выступать как пианист-исполнитель.
Судьба других робинзонов сложилась по-разному. Одни все же покинули город при помощи польских рабочих, которых немцы привозили в незнакомый им город для помощи в вывозе ценностей, другие добились помощи от благотворительного Главного опекунского совета. Часть пряталась в бункерах вплоть до прихода отрядов Красной армии. Остальные были убиты карателями во время облав.
«Варшавское робинзонство» не было подвигом в традиционном понимании этого слова. Это было стечение обстоятельств, когда люди оставались в логове смерти, по разным причинам будучи не в состоянии спастись, и молили Бога о спасении. Кому-то повезло больше, кому-то меньше.
И уж точно у поляков не было никаких предпочтений в том, кто их спасёт. Однако вошедшие в город коммунисты, спустя годы построившие здесь Польскую Народную Республику, по-своему воспользовались молчаливым гостеприимством варшавян. Нынешняя польская власть сделала варшавских робинзонов более скромными свидетелями эпохи — без излишнего восхваления и пропагандистских эмоций, но в то же время с заслуженными почестями в адрес людей, переживших настоящий ад.

Журнал: Загадки истории №36, сентябрь 2021 года
Рубрика: Военная тайна
Автор: Станислав Островский

Метки: Загадки истории, Германия, война, Вторая мировая война, Польша, оккупация, Варшава




Telegram-канал Багира Гуру


Исторический сайт Багира Гуру; 2010-