Кровавая бойня на Раатской дороге

Разгром 44-й стрелковой дивизии на Раатской дороге стал одной из чёрных страниц Советско-финляндской войны 1939-1940 годов. Подобным же образом это поражение было оценено и командованием Красной Армии — после расследования обстоятельств поражения военным трибуналом всё руководство дивизии было признано виновным и расстреляно перед строем.

Фото: сражение на Раатской дороге, интересные факты
Разгром 44-й стрелковой дивизии

Захлебнувшееся наступление

Когда наступление 163-й стрелковой дивизии 9-й армии, в результате которого части Красной Армии должны были рассечь Финляндию пополам, выйдя к Ботническому заливу, захлебнулось, ей на поддержку была выдвинута 44-я стрелковая дивизия. Обе дивизии должны были соединиться в районе населённого пункта Суомуссалми и продолжить наступление уже совместными силами.
Однако, не выдержав постоянных атак финнов, командование 163-й дивизии приняло решение прорываться из окружения, не дожидаясь прибытия подкрепления. При этом оказалось потеряно 30% личного состава и большая часть техники и тяжёлого вооружения. После чего все высвободившиеся силы финское командование бросило для окружения и ликвидации 44-й дивизии.
Положение командира дивизии Виноградова осложнялось тем, что войска были сильно растянуты — примерно на 20 километров от границы до перешейка между озёрами Куйваярви и Куомаярви. Не в пользу советских войск было и общее соотношение сил — против 12 стрелковых финских батальонов было лишь шесть советских. Советские войска имели преимущество лишь в артиллерии и тяжёлой технике, но эффективно использовать танки в заснеженной тайге было практически невозможно.
Финское командование предполагало зайти в тыл советских войск и одновременно ударить с фланга. Для этой операции были выделены три полка (65,64 и 27-й), 22-й лёгкий отряд, 1-й батальон спецназа и 15-й отдельный батальон.

Грустное начало года

Днём 1 января 1940 года финские войска начали наступление, атаковав позиции 2-го батальона 146-го стрелкового полка, который держал оборону у озера Куйва-ярви. Однако, несмотря на двукратное превосходство противника в живой силе, красноармейцы под командованием капитана Пастухова отбили наступление финского спецназа, нанеся сопернику тяжёлые потери.
Но в то же время другие финские части смогли обойти советские войска с фланга и атаковали огневые позиции 3-го дивизиона 122-го артиллерийского
Вид на разбитый советский обоз в районе финской деревни Суомуссалми полка. Уставшие после долгого марша, артиллеристы не успели толком организовать оборону, а потому после неожиданного нападения запаниковали (многие из них, по данным историков, были лишь недавно призваны из запаса и не имели боевого опыта).
Странную позицию заняло и руководство дивизиона. Уже через несколько минут после начала боя командир артиллерийского дивизиона капитан Ревчук оказался в расположении командования 146-го полка, чтобы запросить подмогу со стороны стрелковых частей. Там же оказался и начальник штаба дивизиона капитан Гетманцев. В результате дивизион остался без руководства.
Командиры артиллерийского дивизиона запрашивали полноценную поддержку, но командир 146-го полка отказался послать солдат, выделив лишь два лёгких бронированных тягача «Комсомолец», которые были подбиты финнами. В результате этого боестолкновения 3-й дивизион лишился всей техники и понёс тяжёлые потери — остатки личного состава дивизиона во главе с капитаном Ревчуком присоединились к 146-му стрелковому полку.
В это же время продолжилось наступление на позиции батальона Пастухова. Понеся тяжёлые потери (211 человек убитыми и ранеными), он был вынужден отойти к Раатской дороге, где ему на помощь пришёл 1-й батальон 146-го полка. Совместными усилиями они смогли сдержать наступление, однако связь со штабом дивизии была прервана, подвоз продовольствия и боеприпасов был прекращён. В итоге батальон оказался оторван от основных сил и действовал самостоятельно.

Попытки прорыва

Основным итогом боёв в первый день нового года стали полностью перерезанные коммуникации 44-й дивизии. Было нарушено снабжение (боеприпасами, горючим, продовольствием), не было возможности эвакуировать раненых.
Финны постоянно атаковали небольшими отрядами, не давая советским солдатам передышки. Не пытаясь закрепиться на дороге, финны устраивали на ней завалы, минировали их и, держа организованные преграды под прицелом, не давали восстановить коммуникации. Особенное внимание уделялось нападениям на штабы. Это вносило сумятицу, нарушало связь, дезорганизовывало управление, подразделения несли потери. Разумеется, командование неоднократно предпринимало попытки прорыва окружения. Однако выделяемые силы были недостаточными и финны без особого труда отбивали эти попытки.
Начальник штаба 44-й стрелковой дивизии неоднократно отправлял в штаб 9-й армии запрос на снабжение дивизии по воздуху, запрашивая до 50 тонн разнообразных грузов (патроны, снаряды, продовольствие). Но, во-первых, таких запасов в распоряжении штаба армии просто не было. А во-вторых, доставить в дивизию что бы то ни было оказалось очень непросто. Снабжение по воздуху было невозможным из-за нелётной погоды, частично доставка продовольствия и боеприпасов окружённой дивизии осуществлялась пешим ходом через тайгу, но этого было явно недостаточно. Дошло до того, что штаб армии рекомендовал дивизии «использовать в пищу лошадей».

Решающая атака финнов

Решающая атака финских войск началась рано утром 5 января. Накануне отряд Пастухова покинул занимаемые позиции, мотивировав отход тем, что 5 января финны начали массированное наступление. Поначалу советские войска с трудом, но отражали атаки. Однако сил оставалось все меньше и меньше: заканчивались боеприпасы, продовольствие, нарушилась связь. Вечером раненый командир 14б-го полка майор Иевлиев несколько раз отправлял в штаб сообщения: «Дайте помощь, погибаем», но помощи так и не дождался, после чего связь прервалась.
На следующий день Виноградов отправил в штаб армии сообщение, что выйти из окружения, сохранив тяжёлое вооружение и технику, невозможно. Командующий 9-й армией Чуйков ответил, что «дивизия должна держаться и ждать помощи» (правда, одновременно запросил у вышестоящего командования разрешение на выход дивизии из окружения без техники).
В итоге, не дожидаясь приказа из штаба армии, 6 января в 16:00 Виноградов собрал командный состав дивизии и отдал дивизии приказ идти на прорыв вечером в 22 часа. Выходить войска должны были двумя колоннами. Первая состояла из двух рот 25-го стрелкового полка, которые должны были сопровождать две артиллерийские батареи, танки, тыловые части дивизии и грузовики с ранеными. Вторая колонна состояла из 3-й роты 305-го стрелкового полка, комендантского взвода, пулемётной роты и оперативной группы 44-й дивизии.

Катастрофа при отступлении

В заявленное время начался отход первой колонны,но скрыть перемещение не удалось. Под ураганным огнём финнов организованно преодолеть завалы советским частям не удалось, и, хотя, согласно планам, в случае неудачи при отходе следовало вывести технику из строя и пешим порядком прорываться севернее дороги, началась паника. Тяжёлая техника была просто брошена. И все же разрозненными отрядами значительная часть личного состава смогла пройти через тайгу и выйти к границе в районе Важенваары.
А вот колонна 305-го стрелкового полка, где находился Виноградов, не встретив противодействия со стороны противника, в полном составе вышла из окружения и прибыла в Важенваару. Потери советских войск были хоть и не столь катастрофичны, как рисуют некоторые источники, но очень велики. За весь период операции с 1 по 7 января 1940 года 44-я дивизия потеряла 4674 человека убитыми, пропавшими без вести и тяжело-раненными. Финнам достались помимо множества лёгкого стрелкового оружия почти 100 пушек, 14 зенитных установок МЛ 43 танка, 10 броневиков, 260 грузовиков…
Неудивительно, что для расследования причин столь масштабной военной катастрофы было проведено специальное расследование. Все выжившие командиры главной причиной поражения назвали «распыление сил» и «большие обозы на дороге, нуждавшиеся в охране». В результате решением трибунала все высшее руководство дивизии (командир дивизии комбриг Виноградов, комиссар Пахоменко и начштаба полковник Волков) было приговорено к расстрелу перед строем дивизии. Приговор был приведён в исполнение в Важенвааре в январе 1940 года.

P.S.

Финское руководство в полной мере использовало пропагандистский эффект от крупного поражения советских войск. Финские и иностранные журналисты, приглашённые на «поле боя», зафиксировали многочисленную брошенную технику, преувеличили масштаб советских потерь и быстро возвели битвы при Суомуссалми и на Раатской дороге в ранг эпохальных побед финского оружия.
На самом деле наступление 9-й армии было, конечно же, сорвано, войска понесли тяжёлые потери… Однако уже в феврале советские части широким фронтом пошли в наступление и уже в начале марта в Москву экстренно вылетела финская делегация договариваться об условиях заключения мирного договора, зафиксировавшего потери Финляндией 11% территории.

На самолёте не улетал

В некоторых (преимущественно западных) источниках можно встретить миф о том, что Виноградова вывезли из окружения на самолёте У-2. Однако фактам он не соответствует ни в малейшей степени. Да и дальнейшая судьба Виноградова плохо вяжется с мнимым желанием командования любой ценой спасти «ценного кадра».

Обречённые

Около 200 тяжелораненых бойцов ещё до начала операции по прорыву из окружения были обречены и оставлены на произвол судьбы. На вопрос старшего военфельдшера 146-го полка Аси Котляра, что делать с тяжелоранеными, Виноградов ответил: «Дайте вывести здоровых».

Журнал: Историческая правда №7, июль 2019 года
Рубрика: Кровавая бойня на Раатской дороге
Автор: Илья Алексеев





Исторический сайт Багира, история, официальный архив; 2010 —