К весне 1942 года количество поставок в СССР по ленд-лизу на Севере значительно увеличилось, вследствие чего возросло и число немецких кораблей и авиации в этих водах, Сражения носили всё более ожесточённый характер. Одним из самых знаковых стал бой, произошедший 1-2 мая.

Как потопили крейсер Эдинбург

Последний бой Эдинбурга - как погиб золотой крейсер

Конвой, на выход!

Итак, 26 апреля 1942 года началась проводка очередной пары Северных конвоев. Из Исландии по направлению к Северному Заполярью вышел конвой PQ-15 (26 судов). А через два дня — 28-го числа — ему навстречу из Мурманска отправился караван QP-U (13 судов + 12 кораблей охранения). И в нём главенствующая роль отводилась лёгкому крейсеру «Эдинбург», на котором находился контр-адмирал Бонэм-Картер. Вот именно в его бомбовом погребе и находился золотой груз — 5535, 6 кг золота в 465 слитках стоимостью 6227000 долларов, упакованных в 93 ящиках.

По одной из версий, корабль должен был доставить это богатство в США, по другой — в Великобританию. Немецкие разведчики не зря ели свой хлеб: информация о конвоях поступила в штаб, и адмирал Шмундт сколотил группу из семи подлодок для атаки союзнических кораблей. Забегая вперёд, отметим, что в их число входила и U 456 капитан-лейтенанта Тайхерта 30 апреля подлодки под командованием капитан-лейтенанта Бомана вошли в визуальный контакт с конвоем QP-U. Лодка Бомана U-88 сообщила: вижу конвой, после чего все лодки придерживались сигнала с головной лодки в ожидании удара.

Герой дня

Тайхерт, услышав сообщение Бомана, шёл полном ходом по направлению к противнику. Тем временем Бонэм-Картер, оценив обстановку, решил, что «Эдинбургу» стоит покинуть конвой: мол, крейсер слишком уязвим рядом с тихоходными судами. Ему необходима большая скорость, чтобы маневрировать и не попасться на завтрак фашистским волчьим стаям. С этим был не согласен непосредственно капитан «Эдинбурга» Фолкнер, но, как известно, в армии не рассуждают. Ровно в полседьмого утра Боман нанёс первый удар: три торпеды прошли рядом с кораблями, никого не задев, В то же время Тайхерт, узнав, что невдалеке обнаружен дым, принял решение преследовать крейсер.

След несколько раз терялся, но примерно в три часа дня немецкие асы завыли от восторга: союзническое судно, совершая маневрирование, шло курсом прямехонько на подлодку. Тайхерт уже совершил предзалповое погружение, после чего крейсер несколько раз менял курс. Тут у немца отказал перископ, и пришлось воспользоваться информацией акустика. В 10 минут пятого Тайхерт сквозь запотевший перископ сумел-таки разглядеть «Эдинбург» и отдал приказ готовить носовые торпедные аппараты. Все нужно было выверить до последнего нюанса, и в 18 минут пятого торпеды помчались навстречу крейсеру. Конечно, командир подлодки не смог точно установить расположение противника, но расстояние всё-таки было уж слишком малым. Раздались два взрыва, которые нанесли «Эдинбургу» значительные повреждения: в правом борту была большая пробоина, а удар, пришедшийся по корме, разметал два винта и руль.

«Эдинбург» потерял управление. Тайхерт в это время вообще перестал что-либо видеть и решил всплывать. Когда судно достигло поверхности воды, перед взором подводников предстал «Эдинбург», весь окутанный жёлтым дымом и циркулирующий на небольшой скорости, Тайхерт тут же решил погрузиться, чтобы окончательно добить британцев. Но перископ окончательно приказал долго жить. Тем временем акустик обнаружил шум от нескольких приближающихся эсминцев. Теперь уже немцам настала пора уходить с места атаки. Около трёх часов U456 скрывалась под водой, а когда всплыла, то тут же снова начала поиски «Эдинбурга». В 20 минут десятого вечера Тайхерт вновь увидел крейсер, но уже рядом с тремя эсминцами. Начать атаку не было возможности, так как на море было сильное волнение. Подлодка решила находиться невдалеке от цели, но вскоре была замечена и загнана вновь под воду.

Добьём же британца!

Шмундт понял, что, отправив на помощь крейсеру эсминцы, конвой ослабил свою охрану. Так что самое время напасть на конвой. Три фашистских эсминца, «Герман Шёман», Z-24 и Z-25, обнаружив конвой на следующий день, нанесли по нему удар, но потопили лишь советский пароход «Циолковский». «Эдинбург» привёл в действие всю 102-мм артиллерию и орудия двух башен. Видимость во время боя была плохая, да и крейсер продолжал циркуляцию, так что условия для наводчиков были отнюдь не идеальными. Система централизованной стрельбы уже была выведена из строя, и в результате огнём одной башни управлял артиллерийский офицер, а другой — сам капитан Фолкнер, непосредственно с мостика передававший данные командиру башни.

Когда на корабле заметили «Шёман», то тут же открыли по нему огонь; крейсер в этот момент находился носом к цели. Три 152-мм снаряда первого залпа совершили перелёт. Немец начал отворачивать, значительно увеличив скорость, но во время следующего залпа два снаряда попали в оба машинных отделения. «Шёман» оказался в дыму, накренился на правый борт и потерял ход. Он ещё успел выпустить четыре торпеды, но из них вышла только одна, пролетев мимо цели. Поступил приказ приготовиться к оставлению корабля.

Корабли сопровождения также оказали настолько мощное сопротивление, что немцам пришлось ретироваться и начать поиски все того же «Эдинбурга» уже на следующий день. Апофеоз военных действий настал утром 2 мая. Между британцами и немцами начался ожесточённый бой, приведший к серьёзным повреждениям двух британских эсминцев и немецкого «Шёмана». Попал под раздачу и «Эдинбург», но, несмотря на очередное попадание, он ещё держался на плаву. У немцев были на руках все козыри, чтобы перебить всех британцев, но они решили заняться спасением экипажа с «Шёмана». После чего корабли криг-смарине взяли курс на базу. Англичане были этому только рады; правда, «Эдинбург» уже был обречён. Его экипаж перешёл на тральщики, а по крейсеру была выпущена торпеда, отправившая его на дно морское.

Всем морякам — по серьгам!

Адмирал Шмундт признал наибольшую заслугу в потоплении «Эдинбурга» экипажа подлодки U-456 под командованием Тайхерта. Конечно, непосредственно в окончательном потоплении британцев отличились эсминцы, но без подлодки, возможно, столь удачного боя не произошло бы. Впрочем, Тайхерт так и не успел насладиться заслуженной славой. Его имя лишь упомянули в прессе, а уже спустя год, в мае 1943-го, он сам отправился кормить рыб на дно у Азорских островов со своей подлодкой и всем экипажем. Немец был награждён посмертно Рыцарским крестом только в конце все того же 43-го.

А теперь самое главное: что же такое находилось (или, может, вовсе не находилось) на борту лёгкого крейсера «Эдинбург», что и спустя десятилетия не даёт покоя различным исследователям боёв Второй мировой войны. Версий здесь великое множество. Пройдемся же лёгким галопом по ним всем.

Банальная версия

Многие историки считают, что никаких секретных грузов «Эдинбург» и вовсе не перевозил, а имел место банальный бой, о чём мы уже подробно рассказали выше, в результате которого немецкий подводник посодействовал затоплению крейсера. Кто же такой Макс-Мартин Тайхерт, командир подлодки U-456? Изначально служил на эсминцах, перешёл на подлодки в 1940 году. Совершил в должности вахтенного офицера три похода по Атлантике, непосредственно U-456 командовал три месяца до весеннего сражения в северных водах. За все это время выпустил по кораблям противника девять торпед, цели достигла лишь одна. Подводя итоги, вывод один: никаким великим асом торпедной атаки Тайхерт и близко не был.

Спасательная версия

Итак, с «Эдинбургом», получившим крепко по затылку, надлежало что-то делать. Бонэм-Картер раскидал мозгами: управления нет, кормы практически тоже, радар вырублен, связи на самом крейсере не имеется… Можно лишь на самом тихом ходу проэскортировать «Эдинбург» до Мурманска. Но это — на секундочку — 200 миль. К разрушенному судну подошли два советских эсминца и два британских, но нашим судам вскоре понадобилась заправка, и они отошли. Оставшиеся британцы взялись воплощать в жизнь следующий план: один помогает крейсеру с управлением, другой охраняет. Итог: за один день — 1 мая — пройдено всего лишь 50 миль.

Вскоре им на подмогу подошли слабенький буксир, сторожевой корабль «Рубин» и четыре британских тральщика. Кое-как, но нашли наилучшую расстановку для буксировки: два тральщика идут по бортам

«Эдинбурга», буксир впереди. И — ого-го! — скорость значительно возросла. Казалось, все будет окей, но, как уже говорилось, 2 мая подошли немецкие эсминцы, вновь начался бой, и «Эдинбург» пронзила ещё одна торпеда. Когда все закончилось, британцам стало понятно, что ни до какой земли крейсер уже не доберётся. Вода стремительно поступала в пробоину, начался сильный крен, так что спасение экипажа стало задачей номер один. Согласно этой версии, выходит, что англичане до последнего сражались за жизнь «Эдинбурга» и потопили его, когда уже ничего не оставалось.

Золотая версия

Ну а теперь мы добрались до самой лакомой версии, согласно которой крейсер «Эдинбург» перевозил 10 тонн советского золота для оплаты поставок по ленд-лизу. Именно советские моряки изо всех спасали груз, а неблагодарные британцы в очередной раз показали свои гнилые душонки, отказавшись от помощи, а затем отправили на дно свой корабль. Эта версия упомянута и в культовом романе Валентина Пикуля «Реквием каравану PQ-17». Она является канонической и общепризнанной советскими и большинством российских историков. Но иногда раздаются голоса, что этого не могло быть, и приводят следующие аргументы.

У СССР в 1941-м не было валюты, но тут президент Франклин Рузвельт, не имея возможности выдать кредит Стране Советов без одобрения конгресса, провернул хитрый финт: заключил с Москвой две торговые сделки. В итоге к концу октября первого года войны СССР получил от США в качестве аванса по этим сделкам 90 млн. долларов.

Рузвельт шлёпнул сразу двух зайцев. СССР стал платежеспособным, а американское общество убедилось, что Сталин способен профинансировать программу закупок у США. Так что находившиеся на борту «Эдинбурга» 5,5 тонны золота стоимостью около 6,2 млн. Долларов могли быть частью сделки 41-го, оплаченной американцами. Есть и ещё одна версия: золотишко направлялось в Туманный Альбион. В августе 1941 года две державы подписали соглашение о поставках в СССР; к концу войны в Европе сумма кредита составила 60 млн. Если поверить в вышеизложенные, то можно принять версию, что золото «Эдинбурга» не являлось платой за ленд-лиз. Если его везли в США, то американцы закупили его ещё в 1941 году на выгодных для СССР условиях. Если же в Британию, то золото вполне могло быть частью оплаты кредита по августовскому соглашению.

В общем, версий, касающихся гибели и груза крейсера «Эдинбург», более чем предостаточно. Так что у нас есть возможность в скором времени ознакомиться и с новой трактовкой событий на Русском Севере времён Второй мировой войны.

Журнал: Война и Отечество №10, октябрь 2022 года
Рубрика: Морские сражения
Автор: Константин Семёнов


Метки: СССР, война, Великая отечественная война, корабль, гибель, золото, Война и Отечество, крейсер, бой, ленд-лиз, Эдинбург


Исторический сайт Багира Гуру (реферат, доклад, научная работа - культура и образование); 2010-2023