Пропаганда во время Великой отечественной войны

Рейтинг: 5 / 5

Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активна
 

Стремление воюющих сторон повлиять на противника средствами пропаганды, дезинформации, запугивания и подкупа — неизменный спутник всех войн в истории человечества. В годы Второй мировой войны у каждого человека на фронте было своё место. Ю.В. Басистов, ныне полковник в отставке, кандидат исторических наук, воевал с врагом в составе седьмого отдела Ленинградского фронта и сражался не оружием — словом.

Пропаганда во время Великой отечественной войны

Воздушный Геббельс

— Юрий Васильевич, какая задача стояла перед седьмыми отделами Красной армии?
— Решение о создании в Красной армии специальной службы по работе среди войск и населения страны противника было принято в августе 1940 года. В ходе её формирования создавались специальные отделы в Главполитуправлении и в политуправлениях пограничных округов. Они получили кодовое название «седьмые отделы» и занимались изучением вероятного противника, системой идеологической обработки и политико-морального состояния личного состава его вооружённых сил. Это был особый театр военных действий, в который оказались вовлеченными миллионы людей.

— Политическая пропаганда среди войск противника началась с первых дней Отечественной войны?
— Да. До солдат и офицеров противника сразу же было доведено содержание заявления советского правительства в связи с началом войны. Его перевели на немецкий, румынский, финский и польский языки и отпечатали общим тиражом десять миллионов экземпляров. В короткий срок заявление было распространено по всей линии фронта, и в нём впервые прозвучали слова «Наше дело правое. Враг будет разбит. Победа будет за нами».

— Каким образом до войск противника доносили «нужные мысли»?
— Широко использовались переносные звукостанции, рупоры, листовки разбрасывались специальными шарами-пилотами. Мне лично приходилось летать по ночам на стареньком самолёте По-2 вдоль линии фронта, и когда пилот ненадолго выключал мотор, я, используя звукостанцию, вещал прямо с небес, за что удостоился у немцев прозвища Воздушный Геббельс. За ночь иногда совершал по три вылета.

— По каким направлениям велась пропаганда?
— Мы разъясняли немцам справедливый характер войны со стороны Советского Союза и агрессивный, захватнический — со стороны Германии; разоблачали как виновников войны фашистский режим, лично Гитлера и его окружение; показывали рост сил Красной армии, неизбежность поражения Германии; пропагандировали плен как путь спасения и возвращения после войны на родину.
К сожалению, в начале войны сработали старые представления о «пролетарской солидарности», «классовых симпатиях немецких трудящихся к первому государству рабочих и крестьян» — мы призывали солдат вермахта повернуть оружие против «общего врага», свергнуть гитлеровский режим. Однако вскоре убедились, что гитлеровцы очень далеки от «пролетарских идеалов», и изменили тон на жёсткое обращение к немцам как к прямым врагам и захватчикам.

Пособие для фрау Вульф

— И быстро вы нашли правильный тон в пропаганде?
— Поначалу это было нелегко, особенно на первом этапе войны — в условиях стремительного продвижения гитлеровских войск по нашей территории.
До апреля 1942 года эпиграфом на всех наших листовках был малопонятный призыв «Прощай, Москва, долой Гитлера!» — существовала версия, что записку с этими словами нашли в оставленном немцами бункере. Я считаю, что вероятность существования такой записки крайне мала, но руководство Главполитуправления настояло на её использовании.
Столь же нелепы были листовки, посвящённые созданию в Германии «случных пунктов», которые якобы организовали для жён солдат, воюющих на фронте, чтобы те «не скучали» без мужской ласки. Неудачной затеей был выпуск листовок-талонов. По которым их обладатель в немецком публичном доме якобы мог получить услуги интимного характера.
Всё это должно было создать у солдат и офицеров впечатление, что нацисты превращают Германию в публичный дом, породить на Восточном фронте возмущение и беспокойство. Однако в действительности подобные листовки, увы, служили лишь предметом развлечения солдат вермахта.

— Использовались ли при создании листовок трофейные документы?
— Конечно, и очень широко. Интересна история с советской листовкой «Благодарность Гитлера»! Нам в руки попал дневник ефрейтора Эрнста-Альберта Вульфа, где он сделал запись о том, что длительное время не может добиться от местных властей предоставления пособия его престарелой матери, которое было ей положено как матери военнослужащего вермахта. Мы распространили листовку, в которой приводили выдержки из дневника, к тому же указали ещё и точный адрес женщины. Листовка заканчивалась вопросом: «А ты, немецкий солдат, готов отдать свою молодую жизнь за такую благодарность Гитлера?».
Конечно, наша цель была иной, но листовкой заинтересовалось командование вермахта. Последовал запрос властям округа Варен (Мюриц), и фрау Вульф получила пособие! Правда, её сын к тому времени уже погиб на фронте…
С определённого времени мы вообще старались обращаться по точному адресу, например: «Солдаты 90-го полка 20-й Гамбургской дивизии…», — и называли реальные фамилии.

«Катюшу» давай!

— Не было желания что-то приукрасить?
— Бывало… Так, мы выпустили листовку с фотографией пленного немецкого повара Франца Гольда и написали текст, из которого следовало, что он и в лагере — повар, питается отлично и обед у него состоит минимум из трёх блюд. В наших лагерях, конечно, так не кормили, но из-за его сытой физиономии в его «санаторное» питание нельзя было не поверить! Кстати, после войны в ГДР Гольд дослужился до генерала, стал заместителем министра госбезопасности страны.
Мы также широко использовали фотомонтаж: актриса Ленинградского театра комедии Лидия Сухаревская изображала вдову-немку с двумя детьми на фоне газетных некрологов; на другой листовке загримированные под Геринга и Гитлера актёры сидели с дамами за накрытым столом и предавались чревоугодию. Подпись под ней гласила: «Они продают твою жизнь и проливают твою кровь!» Конечно, это была «чёрная» пропаганда, но и она работала.

— Кто писал тексты листовок и выступлений?
— У нас был свой редакционно-издательский отдел, состоявший из опытных журналистов и филологов. Листовки писали также писатели Всеволод Вишневский, Николай Тихонов, Илья Эренбург. С нами активно сотрудничали немецкие военнопленные, например Эрнст Келлер — основатель комитета «Свободная Германия». Причём мы максимально старались оживить передачи и в рассказы о событиях, происходящих на фронте, вставляли немецкие анекдоты и шутки, подслушанные у пленных.
А ещё мы регулярно знакомили войска противника с русскими фронтовыми песнями, и некоторые стали у них так популярны, что из вражеских окопов часто доносилось: «Рус! «Катюшу» давай!».

— Трудно было написать листовку?
— Конечно! Она ведь должна быть краткой, убедительной, запоминающейся. Пропаганда, обращённая к противнику, призвана вызывать доверие, убеждать своей правдивостью. И нам это, считаю, удалось. В годы войны было выпущено более двадцати тысяч наименований листовок, газет, обращений, брошюр и других видов пропагандистской литературы на двадцати иностранных языках общим тиражом 2 миллиарда 700 миллионов экземпляров, представляете?

Это не их война

— Ленинградский фронт, как известно, был многонациональным. Под гитлеровскими знамёнами служили испанцы, норвежцы, поляки, голландцы, австрийцы. Вы учитывали в своей работе этот момент?
— Конечно. До тех, кто был родом из стран, оккупированных Германией, мы пытались донести бессмысленность их службы в войсках вермахта, подчёркивали, что это не их война. Такие обращения имели успех, солдаты-наёмники десятками тысяч с нашими листовками в руках сдавались в плен.

— А часто ли немецкие солдаты переходили на сторону Красной армии?
— Нередко, и это было нашей главной победой. Хотя склонить солдат и офицеров к массовым выступлениям против нацистского режима в войсках вермахта было непросто. Кстати, многие военнопленные потом неплохо устроились в послевоенной Германии, занимали в стране руководящие посты. Например, Хайнц Кесслер, который стал министром национальной обороны ГДР, или военный связист Эрнст Келлер — впоследствии первый почтмейстер Берлина.

— А фашисты пытались подобрать ключики к «загадочной русской душе»?
— В первую половину войны они призывали прекратить сопротивление, сдать Ленинград без боя, как был сдан Париж, — и тем самым сохранить его от разрушения. Широко распространялись листовки в виде купюр «три червонца», на обороте которых был напечатан «баланс большевизма» с цифрами жертв революции, Гражданской войны, коллективизации, голодомора, эпидемий, лагерей. Они также проштудировали центурии Нострадамуса и нашли катрен, из которого следовало, что Советская армия будет разбита.

— Немецкое командование как-то боролось с советской агитацией и пропагандой?
— Разумеется. В информационном бюллетене «Сообщение для войск», предназначенном для командного состава, из номера в номер офицеров вермахта призывали вести беспощадную борьбу с проникновением «большевистской пропаганды», усилить репрессии к нарушителям существующих предписаний. В немецких армиях, корпусах и дивизиях издавались специальные приказы о борьбе с разлагающей пропагандой, на фронте распространялась памятка «10 заповедей против вражеской пропаганды».
Так что психологическая борьба во время Второй мировой войны показала, как сильно можно влиять словом на моральный дух и боеспособность солдат противоборствующих сторон.

Журнал: Тайны 20-го века №53, декабрь 2012 года
Рубрика: Эхо войны
Автор: Ю.В. Басистов, беседовала Светлана Васильева

Метки: СССР, пропаганда, Германия, война, Великая отечественная война, Тайны 20 века, армия, агитация, листовка




Исторический сайт Багира Гуру, история, официальный архив; 2010 — . Все фото из открытых источников. Авторские права принадлежат их владельцам.