Штурм Выборга

Перелом в боевых действиях во время Советско-финляндской войны наступил в конце февраля — начале марта 1940 года. Изучив печальный опыт боёв в декабре-январе 1939-1940 годов, Красная Армия стала более серьёзно относиться к разведке укреплений противника и начала подвергать позиции финнов и выявленные огневые точки многочасовыми обстрелами артиллерией крупных калибров и бомбардировке с воздуха. Были созданы специальные штурмовые группы, в задачу которых входило блокирование и уничтожение вражеских дотов.

Фото: штурм Выборга 1940 — интересные факты
Эти организационные действия вскоре дали первые результаты. Уже к 29 февраля большая часть Карельского перешейка перешла в руки советских войск. В результате успешных боевых действий создались благоприятные условия для наступления на Выборг — важный промышленный и транспортный центр, который к тому времени был превращён финнами в настоящую крепость.

Огонь, пороз, торосы…

Ночью 2 марта первые советские части приступили к форсированию Выборгского залива. Однако яростным огнём с противоположного берега финским частям удалось сорвать продвижение советских войск. Последующие атаки 3 и 4 марта оказались более успешными: штурмовым подразделениям удалось стремительным броском форсировать лёд залива и овладеть небольшим плацдармом на западном берегу. В условиях сурового мороза, сильного ветра и глубокого снега, через торосы, по льду, разбитому снарядами и подмытому подледными течениями, под сильным огнём финской артиллерии началась переброска основных сил Красной Армии. Советское командование провело необходимую подготовку: лёд усилили досками и брёвнами, авиация обеспечила надёжное прикрытие в дневное время суток, солдатам выдали мазь против обморожения и термосы с горячим чаем. В типографиях Северо-Западного фронта спешно печатали агитационные листовки, которые отдавали должное героизму бойцов, командиров и политработников при штурме линии Маннергейма и призывали, не ослабляя удара, ворваться в Выборг на плечах противника. Упорное сопротивление финнов на тыловой линии обороны вынудило командование 7-й армии искать новое решение. Из её частей и Группы резерва Главного командования был сформирован 28-й стрелковый корпус, в задачу которого входило форсирование Выборгского залива по льду и охват Выборга с запада. Финские планы обороны Выборгского залива рассматривали только летний сценарий боевых действий. Оборона сводилась к действиям против Краснознамённого Балтийского флота и воспрещению высадки десантов. Суровая зима 1939/40 года позволила 28-му корпусу свободно маневрировать на льду и перебрасывать на плацдарм тяжёлую технику. Это стало полной неожиданностью для финского командования. Сил для обороны архипелага и северного побережья у финнов не было. Огневой мощи береговых батарей на островах Туппура, Равансаари и других было недостаточно для отражения крупномасштабного наступления. В результате красноармейцам противостояли отдельные морские батальоны, не имевшие боевого опыта и плохо обученные. Вот что говорил об интенсивности боевых действий финский фельдфебель Ааро Хейккинен, воспоминания которого записал военный историк, писатель, создатель музея, посвящённого Зимней войне, Баир Иринчеев: «4 марта на форт Равансаари начался мощный артналёт и во второй половине дня противник пошёл в атаку на наши позиции на берегу при поддержке танков. Атака была столь яростной, что противотанковая пушка и пулемёты на мысу были сметены огнём. Противник захватил мыс и берег. Наша линия обороны сместилась на примерно 100 метров вглубь острова. Отбить мыс мы даже не пытались». Все финские контратаки против советских частей провалились. Противник нёс высокие потери. Например, бойцы 68-го стрелкового полка, подпустив финскую цепь 7-го отдельного батальона майора Варко на 50 метров, открыли убийственный огонь из пулемётов. Батальон потерял 75 человек убитыми и откатился. Потери в пехотных частях достигли 40-70%, в батальонах оставалось от 100 до 250 солдат. Финны держались из последних сил…

Весомый аргумент

12 марта соединения, подошедшие к Выборгу, получили приказ командующего фронтом взять город. Штурм был назначен на 23 часа. Для окружения и разгрома выборгской группировки основные силы 7-й армии должны были обойти город с северо-востока и занять позиции западнее Сайменского канала, штурмовать Выборг с фронта и овладеть им. Чтобы воспрепятствовать наступлению, финны взорвали шлюзы Сайменского канала. Десятки квадратных километров были превращены в труднопроходимую топь, красноармейцам порой приходилось идти в атаку по грудь в ледяной воде, но остановить наступление финнам не удалось. Пока под Выборгом шли ожесточённые бои, в Москве уже шли мирные переговоры, однако финская делегация в составе замминистра иностранных дел Рути, члена финского сейма Паасикиви и генерала Вильдена, считая падение Выборга маловероятным, не шла на уступки. Только когда стало известно, что бои уже развернулись на улицах города, финны пошли на подписание договора поздним вечером 12 марта. Против такого весомого аргумента устоять было невозможно. Документ обеспечивал безопасность Ленинграда и Мурманска, а также соединявшей эти города железной дороги, существенно улучшал стратегическое положение Балтийского и Северного флотов. Несмотря на подписание мирного договора, в ночь с 12 на 13 марта 1940 года советские войска начали генеральный штурм Выборга. В бой в качестве пехотинцев шли и кавалеристы, и артиллеристы, и танкисты. Противник яростно оборонял город, население которого было к этому времени эвакуировано. Специальные команды факельщиков поджигали здания. Утром 13 марта по городу открыла ураганный огонь советская артиллерия — был якобы отдан приказ о том, чтобы до 12 часов выпустить по противнику как можно больше снарядов. Одновременно с 7 часов утра в части стало поступать предупреждение, что наступление будет продолжаться только до 12 часов, после чего следует прекратить огонь. Ровно в 12 часов дня по московскому времени (в 11:00 по финскому) стрельба прекратилась. Финские войска со знамёнами и оркестром оставили Выборг и начали отступление в глубь страны, на новую границу. По всему фронту бывшие враги встретились на нейтральной полосе и начали обсуждение действий по выполнению мирного договора. Адъютант 3-го батальона 13-го пехотного полка Гуннар Лаатио вспоминал: «Нам дали приказ контратаковать и занять высоту с поместьем на южном берегу озера. Попробовали атаковать ночью, и ничего не вышло. Не было уже у нас сил в батальоне. Так что мы отошли и окопались на северном берегу озера, кто где. Часть солдат сидела в этих самых канавах, полных воды. Утром 13 марта 1940 года мне позвонил комполка Ваала и передал приказ: «После 11 утра ни одного выстрела! Открывать огонь только в том случае, если противник пойдёт в атаку». Я сказал: «Хорошо, пойду передам солдатам». Пошёл передавать приказ солдатам на передовой. Советская артиллерия вела ураганный огонь, нобольшинствохнарядов не разрывались. Новый звонок от комполка: «После 11 утра огня не вести ни в коем случае! Понял?» — «Понял». — «Войне конец после 11 утра, это тебе понятно?» Вот это до моего сознания дошло не сразу, потому что после приключений с переходами ручьёв вброд, когда я был мокрый по пояс, у меня началась температура, в тот день у меня был жар 39 градусов, и я с трудом понимал, что происходит. В 11 утра стрельба вдруг прекратилась, и это был незабываемый момент. Мы услышали пение птиц! Это было какое-то сумасшествие. В общем, я рад, что война закончилась в тот момент, когда мы все были измотаны до последней степени». Форт Кеккиниеми, Армас Пааянен, 3-й полк береговой обороны: «13 марта утром поступил приказ о мире. Сначала этому никто не поверил. Но начали демонтаж орудий. Фенрик Тикка передал противнику карты минных полей посреди озера. Тикка пошёл к середине озера в заранее оговоренное время, и одновременно с ним с противоположного берега вышли русские. Мы на берегу волновались и держали русских на прицеле. Мы ожидали, что это какой-то подвох. Но все прошло нормально, и русские пригласили нас вечером выпить водки, но нам в этой ситуации в гости идти как-то не хотелось. Позади остался пустой форт и перепаханная земля. На площади двух гектаров от красивой сосновой рощицы не осталось ни одного дерева. Мы оставили орудия в школе Сапру и вечером были уже в Сорталахти. Там мы узнали о жёстких условиях мирного договора, и все сильно помрачнели…».

Конец войне!

Интересны и впечатления о тех днях и красноармейцев, также записанные и подготовленные к печати Баиром Иринчеевым. Лейтенант Крутских, командир взвода 16-го отдельного сапёрного батальона, 54-я горнострелковая дивизия: «Когда 13 марта наступило перемирие, поступил приказ огня не открывать с 12 часов. Только в случае нападения финнов. Замкомбата Вознесенского отправили на переговоры. Во что его одеть — все изношенное, порванное, обгоревшее! Одевали его всем батальоном. Еле-еле его одели поприличнее. Всего было три встречи, на второй я присутствовал. Оружие на переговоры не брали, но под мышкой наган был. Нас было три человека, и навстречу шли трое финнов. Шли с белыми флажками. Один из финнов что-то держал двумя руками. Страшно. Встали. Дистанция была между нами — 5 метров. Через переводчика стали общаться. Наши объявили, что мир заключён, война закончилась, радость большая — мы победили. Что больше не должно быть провокаций и выстрелов. Мы будем играть на гармони, петь песни, жечь костры. Они тоже повторили, что наше правительство заключило перемирие, что провокаций не должно быть. Под конец говорят: «Мы вас просим отведать нашего угощения». Снимают с подноса, что держал один из них, что-то типа накидки, и мы видим, что там лежит нарезанная рыба, мясо, кажется, огурчики и фляга, в которой оказалась настойка на ягодах. Я не пил, а рюмку выпил Вознесенский вместе с финнами». Виктор Искров, командир взвода разведки 68-й отдельной миномётной батареи: «Вдруг звонок, с батареи мне звонит командир батареи старший лейтенант Внуков. Он звонит и говорит: «Витя, ты что это развоевался? Стрелять собрался?» — «Так точно!» — отвечаю. А у меня какое-то приподнятое настроение было: линия Маннергейма уже позади, Выборг горит, помню как сейчас. Слева были видны дым и пламя. «Так вот, конец войны, вчера договор о перемирии заключили», — он мне говорит. Я — к командиру батальона Соколову, который тоже ничего не знал о конце войны. Он звонит в полк, и ему там говорят: «Да, всё. Артподготовки не будет, солдат оставить в траншеях, не высовываться и ждать дальнейших указаний». Он мне говорит: «Вот так вот, лейтенант» Я говорю: «Ну, всё ясно». И сразу прекратилась всякая стрельба. Ни ружейно-пулемётная, ни тем более артиллерийско-миномётная, и слышно, как птички поют — чик-чирик, чик-чирик, представляете? И в это время вдруг белый халат сверху: смотрим, соскакивает финн — краснорожий такой, молодой. И испуганно так: «Конец войне! Конец войне!». А из Карисалми, из этого посёлка, финны выходят с бутылками водки, или не знаю, что у них там было. Кричат: «Русский, иди водку пить! Русский, иди водку пить!». Я спрашиваю у Соколова, что говорит командование. Соколов говорит, что нам приказано никуда не двигаться во избежание провокаций. Мы сидим. А финны покричали, покричали и к себе в избы ушли».

Так закончилась Зимняя война

За образцовое выполнение боевых заданий командования и проявленные при этом доблесть и мужество около 50 тыс. бойцов, командиров и политработников было награждено орденами и медалями СССР. Свыше 400 человек удостоились высокого звания Героя Советского Союза. Кроме того, орденами Ленина и Красного Знамени был награждён ряд соединений и частей сухопутных войск, авиации и флота.

Журнал: Историческая правда №7, июль 2019 года Рубрика: Бросок на Выборг Автор: Владимир Гондусов

Метки: СССР, Отечественная война, армия, штурм, Историческая правда, РККА, Финляндия, Советско-финская война, 1940, Выборг, февраль, март



Telegram-канал Багира Гуру


Исторический сайт Багира Гуру; 2010 —